— Ты женился? — как можно равнодушнее спрашиваю я, но в ответ Поттер только пожимает плечами.
— Странно, сколько путей мы готовы пройти, чтобы скрыть наши истинные чувства.
Я молчу, и он оборачивается ко мне.
— Шесть месяцев, одиннадцать дней и десять часов, Драко.
— Мне жаль, — только и могу выдохнуть я.
— Нет, это МНЕ жаль. Приходить к тебе каждый день, смотреть на тебя, то ли живого, то ли мертвого. Изредка прикасаться, надеясь, что ты вернёшься. Но чувствовать, что ты не хочешь вернуться сюда. Знать, что ты бы хотел остаться.
— Я слышал тебя, — мой голос такой призрачный, что я сам себя едва слышу.
— А я видел практически всё, что видел ты.
— Я так и думал, — выдыхаю я, — Это из-за того, что ты был в моей голове, когда это случилось.
— Я догадался, — огрызается Поттер и спешно отворачивается, — Ты не постоянно грезил. Были периоды темноты.
Мы молчим какое-то время, и он возвращается к своему месту за столом.
— Ты женился? — спрашиваю я опять, и он фыркает.
— Нет.
— Это не твой ребенок? — тупо комментирую я.
— Не мой, — отвечает он, и во мне будто прорывается плотина.
— Я все ещё чувствую то, что чувствуешь ты, — его хитрая улыбка застаёт меня врасплох.
— Если бы это было так, ты бы уже давно стоял на коленях и умолял меня о свадьбе, — отвечаю я, сам не понимая, шутка это или нет.
— Не в моих правилах просить о чем-то, — в этой жестокой фразе слышится какое-то озорство.
— Конечно. В твоих правилах сделать грустные глаза и получить это, да? — язвительно тяну я.
— Именно, — отмахивается Поттер, беззаботно улыбаясь, — Но сейчас ты не способен изящно встать передо мной на колени, поэтому придется повременить.
Я фыркаю и, улыбаясь, смотрю на него, на моих глазах он как-будто наливается жизнью.
— Я никогда не встану перед тобой на колени, — парирую я, и улыбка становится ещё шире. Поттер смеётся и качает головой.
— Да и ещё у тебя нет подходящего для героя Британии кольца.
Я взмахиваю палочкой, и на столе появляется черная коробка с серебристым тиснением по краю. Мне стоит только дотронуться до крышки, и она распахивается, бесстыдно выставляя свое нутро на всеобщее обозрение.
На черном бархате лежат два кольца: переплетение стеблей роз, с россыпью рубинов, которые выглядят, как капли крови на белых листьях и острых шипах.
— Достаточно подходящее для тебя? — безэмоционально спрашиваю я и смотрю, как меняется его лицо.
— Я не…
— Я не делаю тебе предложение, — спокойно поясняю я, — Просто хотел указать, что это был глупый упрек.
Поттер тянет руку к кольцам, и я слегка ударяю палочкой по кисти.
— Что за ужасная привычка: все лапать. Тебе не хватило браслетов братства?
В ответ Поттер только смеётся и внимательно смотрит на меня.
***
Бесконечный день заканчивается, когда Поттер оказывается в моей спальне. После душа мы лежим, переплетясь телами. Расслабленно гладя его влажную кожу, я прошу о том, что обдумывал весь вечер:
— Осталось совсем немного времени, я хочу узнать всё.
— Еще рано, — сонно отзывается он.
— Поттер.
— Нет, Малфой, — перебивает он и прижимает меня к себе сильнее, — Поговорим об этом завтра.
Комментарий к 23
Хочу запомнить это 3 сентября, потому что сегодня были мной проебаны огромные бабосы. Пусть это научит меня хоть чему-нибудь.
========== 24 ==========
Утро приходит слишком быстро. Я просыпаюсь постепенно: сначала я чувствую чужую руку, лежащую поперек груди, потом закинутую на меня ногу, дыхание на шее, а затем я понимаю, что могу скользнуть по связи браслетов в чужое сознание. Я делаю глубокий вдох и закрываю глаза.
Поттеру снится сон. Он несётся по коридору за Лукасом Фовелем.
— Ну-ка, стоять! — орет он на весь коридор, и глава Отдела тайн замирает, как вкопанный, от такого обращения.
— Мистер Поттер, — учтиво говорит Фовель, оборачиваясь.
— Почему меня не пускают к Малфою? Я знаю, что это ваш приказ.
Лукас приподнимает бровь и картинно разводит руками.
— Да, мой, — спокойно говорит он, — Я забочусь о своих сотрудниках.
-…или о любовнике, — зло выплевывает Поттер, и атмосфера вмиг накаляется до предела.
— Не собираюсь обсуждать это с вами, — Фовель разворачивается, намереваясь уйти.
— Дайте мне разрешение приходить к Малфою, — бескомпромиссно говорит Поттер с истерическими нотками в голосе.
— Нет, — немного хмурится Лукас, выходя из себя.
— Вообще-то нам нужно взаимодействовать, браслеты братства, все такое, — язвительно произносит Поттер. В нем чувствуется врождённое упрямство, и Фовель тоже понимает это.
— После того, как вы научитесь закрывать свои эмоции по связи, не раньше. Никто не знает, как это может на него повлиять, — неохотно уступает глава Отдела тайн, чувствуется, что это дается ему нелегко.
— Но это может занять долгое время, — как можно равнодушнее говорит Поттер.
— Постарайтесь, мистер Поттер, — зло выплёвывает Фовель, — Хоть что-то сделайте ради него.
Картина сменяется, и теперь Поттер стоит возле моей кровати. Мои отросшие волосы разметались, слышно хриплое дыхание, вырывающееся со странным свистом. Кожа бледнее чем обычно, а тонкие руки лежат поверх одеяла. Когда вижу себя со стороны в таком состоянии, меня начинает тошнить, и я усилием воли удерживаю себя во сне Поттера.
— О, Мерлин, Драко, — шепчет он и шагает ко мне. Кончиками пальцев он дотрагивается до моей руки, а затем обхватывает мою холодную кисть своими горячими пальцами. Он садится на кровать, а затем слегка касается губами моих губ.
— Я скучаю, — шепчет он и замирает, смотря на меня. Но ответа нет, и он просто остаётся сидеть, глядя в пространство перед собой.
Я выбираюсь из его сна и замираю. Теперь, видя часть ситуации его глазами, я начинаю осознавать, каково ему было. Поэтому я аккуратно подвигаюсь ближе и покрываю шею мелкими поцелуями, запускаю пальцы в его волосы, аккуратно перебирая, он ворочается и зарывается носом в макушку.
— Доброе утро, Поттер, — улыбаюсь я и продолжаю целовать его.
— Доброе утро, Малфой, — голос у него хриплый ото сна, — я знал, что ты видел мой сон.
— Так себе сон у тебя, — отвечаю я, и он смеется.
Я оставляю влажную дорожку поцелуев, спускаясь ниже, я глажу его живот и дотрагиваюсь кончиками пальцев до горячего стоящего члена.
— А тебе можно заниматься сексом? — с недоверием спрашивает.
— Нужно, — отзываюсь я, хитро улыбаясь и поглаживая его яички, — У меня его давно не было.
— У меня тоже, — выдыхает он со стоном, когда я провожу кончиком языка от основания члена до головки и беру её в рот. Я двигаюсь медленно, лениво водя языком, радуясь тому, как главный аврор стонет и двигается, стараясь проникнуть глубже. Я слежу за ним из-под ресниц и не могу не наслаждаться его видом. Темные щетки ресниц, приоткрытый рот, пятна румянца на щеках и распластанное на простынях сильное тело. Его мышцы перекатываются под кожей при каждом движении, и эта картина идеального тела срывает мне крышу.
Накрывая свой член рукой, я уже готов кончить от того, что делаю ему минет.
— Убери оттуда руку, — хрипло приказывает Поттер и тянет меня за волосы, убирая мою голову подальше от своего паха, — Я хочу тебя.
Он поднимается на колени и укладывает меня на спину, взмахивая неизвестно откуда взявшейся палочкой, он растягивает и смазывает меня.
Когда его член входит в меня, возбуждение почти достигает предела, и сквозь пелену желания я соскальзываю в его сознание. Смотря на себя глазами Поттера, я отмечаю его присутствие в своей голове. Наш стон одновременно ознаменовывает вихрь новых ощущений. Полное единение, идеальное скольжение его члена во мне, мои руки на его груди, мой член в его пальцах. Поттер видит меня абсолютно открытым только для него одного: мои платиновые волосы, отросшие за это время до лопаток, разметались вокруг головы на дымчато серых простынях, бледная кожа, болезненная худоба и полное слияние сознаний в моих мыслях. От его кожи пахнет чем-то древесным, влажным и землистым.