Так, ладно. Швабра есть, ведро есть, перчатки есть. Если кто меня и увидит, то придётся им смириться с тем, что на мне штаны. Зато так убираться удобнее. Всяко лучше, чем наряд горничной, как из земных магазинов для взрослых. Сама я, конечно, не успела побывать их клиентом, но в сериалах насмотрелась. На Земле чего я только не видела по телевизору. Разве что у здешней униформы подол в пол. Но при этом разрезы до самой попы. И Криклиция мне ещё будет говорить о нравственности? Нетушки.
Что ж, начну уборку с комнат в конце коридора. Вот от окна и в сторону выхода. В шахматном порядке. Или сначала комнаты по левой стороне прибрать? Пожалуй, так и поступлю, а потом вернусь и уберу правую сторону. Блин, потом же ещё сам коридор намывать. Ох… Будет мне покой в этом мире или нет?
Имена на табличках, висящих на дверях, ещё не сделали. Сейчас все только вселяются, даже старшекурсников, по словам Криклиции, каждый год с места на место гоняют. Хотя, а чем бы имена мне помогли? Во всём общежитии я знала ровно двух человек.
Так, контур чёрный — это, вроде, свободно? Или нет. Чёрт, не помню! Ладно, в крайнем случае выставят.
Поправив белый фартук, я без стука распахнула дверь. Чем поганее буду себя вести, тем быстрее уволят. А там, может, и другую работу дадут — от людей подальше. Во избежание, как говорится.
В голове невольно зазвучал диалог из любимого мультика:
«Не ходи туда — там тебя ждут неприятности.
— Ну как же я не пойду? Они же ждут».
Вот и мои меня заждались. За дверью обнаружилась Владейлис. Невольное напоминание о её разлюбезном братике. И второй рыжий кошмар на мою голову.
Это ж надо — с первого раза прямо в цель! Вот бы с чем-то хорошим так везло.
Она нифига не изменилась: всё те же — одни на двоих с Дэном — рыжие кудряшки и огромные голубые глаза.
Владейлис возлежала на кровати и с крайне серьёзным выражением лица всматривалась в дамский романчик с характерной парочкой на обложке, что продавались на ярмарке по связке за монетку и считались лучшими пособиями по тому, как удачно выйти замуж. Если бы не обилие постельных сцен, ради которых за ними и охотились аристократки, они вполне могли бы заменить чёткие инструкции. В достаточно художественной форме в них описывали всё: способы знакомства, флирт, правила поведения во время свиданий.
Правда, читали их обычно несколько по-другому, с не настолько каменными лицами: юные особы сбегали от компаньонок и матерей, запирались в тёмной комнате, садились в кружок и при свете тусклого пульсара заговорщическим шепотом читали, передавая друг другу книгу через каждые несколько страниц. А ещё, смущаясь, закусывали пухленькие губки, у кого таковые имелись, а у кого не имелись, наоборот, старательно их надували, и подхихикивали, прикрывая рот ладошкой.
Интересно, на кой чёрт Владейлис вдруг настолько внимательно изучает это чтиво? Жених-то у неё уже есть. Свадьба через год ожидается. Неужели разлад в высокородном семействе? Или наоборот — к первой брачной ночи готовится?
Я с грохотом опустила ведро на пол так, что вода пролилась на дорогущий пушистый ковёр — второе белое пятно в комнате после покрывала. Крайне непрактично, однако. Хотя артефакт для очистки мне выдали.
Владейлис взвизгнула, захлопнула книжку и подскочила с кровати, поправляя задравшийся во время лежания подол платья, тон в тон подходившего к её огромным глазам.
Когда-то мы чуть не стали лучшими подругами и родственницами. Ну, во всяком случае, в той версии событий, что мне в красках расписывал Дэн. Сейчас же она невеста принца, а я поломойка. Вот же чёрт!
— Мари? — полувопросительно-полуутвердительно прощебетала она.
— Нет, демон из Бездны.
Она на мгновение вспыхнула. Ну да, самое ядрёное ругательство на Ситэлии. Но мне можно, я же всего лишь дайра.
Мы вообще удивительно сильно контрастировали: нежно-ванильная, чуть глуповатая Владейлис и грубовато-хамоватая я, у которой меч за любимую игрушку.
— На самом деле очень похоже, — сказала она, и я почти успела бросить ответную колкость, как она продолжила: — И за что только брат тебя так любит?