- Не смотря на давнее знакомство, ты его слишком плохо знаешь, - покачал головой Фрид, смотря вслед удаляющейся паре магов, что по его личному мнению были абсолютно равны по степени опасности.
Пропетляв в течение получаса по городу, Виктор, хранивший все это время гробовое молчание, привел Лексуса в раскинувшийся в пригороде фруктовый сад и активировал устроенный здесь с помощью Мистгана барьер. В отличие от Фрида, он пока не мог создавать достойные барьеры, нанося символы прямо на воздух. Слабенькие еще получалось, а вот для достойных требовался материальный носитель и соответственно, неслабая предварительная подготовка. А поскольку в самом городе вовсю готовил ловушки Фрид, Виктору оставалось подготавливать ответные меры уже в пригороде. Этот же конкретный барьер вообще являлся шедевром в том плане, что сочетал в себе магию этого мира и димагические свойства Эдоласа, проецируемые на ограниченный участок Земли мини версией Анимы, являвшейся собственностью артефактора. Коротко же говоря, барьер создавал поле полностью свободное от магии и эту самую магию довольно активно высасывающий.
- Хреново, да? - участливо поинтересовался Виктор у свалившегося от резкого оттока всех магических сил Лексуса, который еще совершенно не успел восстановиться после боя в соборе. - Чтобы ты знал – так себя ощущают обычные люди. Люди, лишенные дара.
- Что ты со мной сделал? - проскрежетал зубами грозовой убийца драконов.
- Не с тобой, - покачал головой артефактор. - С нами обоими. Я лишил все это пространство магии. Так что ты уже не сможешь применить здесь одну из своих молний, а я выстрелить. Считай, что это арена для честного боя. Боя, в котором ты сможешь использовать только свои физические данные и умения в деле чистки рожи ближнего своего.
- Тогда почему плохо только мне одному? - злобно сверкнул Лексус глазами на спокойно прогуливающегося перед ним артефактора.
- Ну, просто я уже несколько раз оказывался в местах, обладающих столь губительной для всех магов особенностью, так что несколько привычен. Хотя, должен сознаться, ножки слегка подкашиваются, - немного приврал Виктор, хотя силы действительно начали утекать из него с невероятной скоростью. При этом радовало его лишь одно – вся эта энергия поступала в эдоласский Хвост Феи, где и преобразовывалась в кристаллы лакримы.
- И что теперь?
- Поговорим, - пожал плечами Виктор. - А когда ты почувствуешь, что можешь драться и поднимешься, дабы разорвать меня на кусочки, я с превеликим удовольствием начищу твою самодовольную рожу. Не за то, что ты устроил подобное «состязание», не за то, что стремишься занять место мастера. Все это для меня не важно. Но ты посмел подвергнуть опасности жизни моих девочек. Эльза, Мира, Кана. Ты ведь прекрасно знаешь, что за каждую из них я убью, не раздумывая! Особенно сейчас и особенно за Кану!
- Не просветишь почему? - чувствуя, как тело потихоньку начинает приспосабливаться к новым условиям, принялся тянуть время Лексус. Да и интересно стало, с чего это вдруг артефактор переключил свое основное внимание с Миры на Кану.
- Она ждет ребенка, - присев напротив собеседника, посмотрел ему в глаза Виктор. - От меня.
- Ну ты даешь! - не смог сдержаться и заржал Лексус. - А еще клялся Мире в любви до гроба!
- Ты ведь не глупый парень, Лексус, и должен знать насколько редко у сильных магов рождаются дети. Один тот факт, что Кана забеременела после одной единственной ночи, является для меня подарком небес, - посмотрев на небо, Виктор опустил, мягко говоря, суровый взгляд на притихшего парня. - А ты этот дар богов мог уничтожить. Ты хоть понимаешь, в каком бешенстве я сейчас нахожусь?
- А ты у нас значит сильный? Это когда же С-шки стали считаться могучими магами?
- Не придуривайся, Лексус. Тебе не идет. Ты прекрасно знаешь, что я не простая С-шка. Более того, сейчас я уже в пять раз превосхожу твоего деда по количеству магической силы. И да, «Закону Феи» мастер меня все же обучил после разборок с фантомами. Это так, чтобы ты понимал настоящую разницу в наших реальных силах и возможностях. Да, как маг поля боя, ты, в силу своих способностей, на голову превосходишь меня. Но, как оружие массового поражения, которым чаще пугают, нежели пользуются, наиболее опасен именно я. Ты знаешь, с самого начала наше знакомство абсолютно не заладилось. Не знаю, почему так произошло. Наверное, характерами не сошлись. Как думаешь?
- Думаю, что ты как был слишком наглым, так таковым и остался.
- А ты был слишком жадным. Но вырос чересчур несдержанным. Я же по твоим собственным словам не изменился! А постоянство – это признак мастерства!