- Как же это грустно! - взревел маг фантомов, когда под удар вместо намеченной цели попал взявшийся из ниоткуда неизвестный, выряженный в очень необычный черный костюм.
- Да что ж такое-то! - только и успел простонать Виктор, которому вновь прилетело. Мало того, что постоянные травмы и ранения начали откровенно раздражать и пополнение их списка уже начинало походить на какое-то изощренное издевательство неизвестного божества над одним бедным попаданцем, так еще ведь впереди, помимо лечения, маячила неслабая групповая головомойка. С какой детской радостью он припомнил время, когда за очередные полученные травмы нотации читала ему одна Полюшка. И как пугало его будущее, в котором он видел себя связанным по рукам и ногам в окружении очень недобро улыбающихся девушек. Особенно сильно шокировала его Эльза, представшая в воображении в своем костюме медсестры с ведерных размеров клизмой наперевес. Впрочем, кошмарное видение длилось недолго – всего три секунды. Именно столько ему понадобилось, чтобы, пробив пол второго этажа, долететь до пола первого.
- ВИКТОР! - наполненный ужасом крик красноволосой девушки, что, играючи размахивая парой деревянных мечей, отправляла на больничную койку одного мага фантомов за другим, с головой перекрыл стоящий над общей свалкой гвалт и заставил прекративших чистить друг другу физиономии магов кинуть взгяд на прилетевшее сверху тело.
Впрочем, надолго тело в одиночестве не осталось. Едва успела пройти секунда или две, как сверху сперва послышался РЕВ, затем треск ломающихся перекрытий и следом за первым телом в пол первого этажа впечаталось второе, бывшее куда большим по размерам и узнаваемым.
- Ария! - не веря собственным глазам, выдохнул кто-то из фантомов.
- Сильнейший из «Четырех элементов» повержен! - тут же подхватил кто-то еще.
- Рвем когти! - резюмировал третий, дав толчок к групповому драпу все еще способных стоять на ногах фантомов.
Вот только далеко не каждому, из метнувшихся во все стороны сотни магов, было суждено покинуть стены своей гильдии. Предоставив Виктора рванувшей к нему Кане, все прочие маги Хвоста Феи, уже не сдерживаясь, ударили в спины лезущих во все окна и двери фантомов. Результатом этой атаки стали десятки замороженных, опаленных, поломанных или просто обездвиженных всевозможными способами тел. Но больше всего не повезло тем, кто оказался поблизости от Эльзы. Если бы в тот момент, когда кровь застила ее глаза и сознание, у нее в руках находился настоящий боевой меч, без трупов бы точно не обошлось. А так результатом ее ярости стали лишь десяток открытых переломов, два десятка испачканных штанов и пара тройка сотен тысяч седых волос. Могло бы быть и больше, но не выдержавшие нагрузок тренировочные мечи разлетелись в щепки, а когда вместо них в руке Титании появился излюбленный полуторник, успевший спуститься вниз Макаров перехватил ее руки на замахе, спасая жизни двум трясущимся под ее ногами неудачникам.
- Хватит, Эльза, - спокойно произнес старик. - Мы победили.
- Да, мастер, - стоило в ее глазах зажечься искорке разума, враз расслабилась Титания.
- Лучше сходи, проведай, как там себя чувствует твой брат.
Не прошло и секунды, как, растолкав всех столпившихся вокруг брата согильдийцев, Эльза смогла стать свидетелем весьма занимательной картины – шипящая, подобно дикой кошке, Кана вовсю колотила кулаками пытающегося отбиться от нее Виктора, ругая его на разный лад.
- Сволочь, гад, мерзавец! Заставил меня так волноваться! - сопровождая каждое слово крепким ударом, даже и не думала успокаиваться Кана. - Я уже думала, что он помер! А он, оказывается, просто лежал и наслаждался моими метаниями вокруг своей тушки! Паршивый котяра!
- Эльза, выручай! - заметив среди столпившихся вокруг зрителей сестру, взмолился Виктор. - А то эта кошка сейчас сделает со мной то, что не удалось фантомам!
- Пусть делает, - холодно произнесла Эльза, едва сдерживаясь, чтобы не присоединиться к Кане в деле воспитания одного великовозрастного балбеса. - А после того, как она закончит, я лично сдам тебя на руки Полюшке с просьбой провести углубленный курс лечения.
По мере того как Эльза говорила, улыбка артефактора становилась все более тусклой, а под конец вообще померкла и в голове всплыл тот самый образ сестры, что приходил ему на ум во время недавнего полета. Поежившись от пришедших в голову мыслей, Виктор решил воспользоваться старым-добрым средством – а именно, переложением внимания участников его «избиения» на новый объект приложения сил.