Стрельбы
Последний день июня. Экзамены закончились, документы получены, вроде можно отдыхать. Поехал в мамину квартиру за рюкзаком, давно хочу съездить на природу. Есть одно местечко, в пионерском лагере отдыхал поблизости. Для моего дела там особенно удобно, ведь с войны сохранились остатки укреплений. Ничего особенного, заросшие окопы, просевшие дзоты, засыпанные землянки, противотанковые рвы и отсутствие жилья поблизости. Грибники, конечно, ходят, но не в засуху, когда и намёка на грибы нет.
Лёша уже давно принёс мне две пружины вместо просевших. Поставил их в магазины, проверил, вроде работают нормально. Свежие патроны подарили, но я предпочту их приберечь, сначала попробую старые. Почти полная сотня из саквояжа и ещё дюжина с чердака больше полусотни лет ждут, когда их используют. Золотой браунинг брать не буду, обойдусь чёрным. А «Бэби» стоит проверить.
В общем, заехал к маме, набил по два магазина к каждому пистолету. Взял рюкзак и отправился на Ленинградский вокзал. Ехать больше часа, затем минут тридцать идти до места по глинистой дороге, скорее колее. Там через лесополосу, спустился в бывший противотанковый ров, а ныне заросший кустарником овраг. В засуху этого года протекавший там ручеёк совсем пересох, потому не мешал движению. Скоро нашёлся подходящий участок. Верёвкой отмерил дистанции пять, десять, пятнадцать и двадцать метров и установил заготовленные четыре фанерки. На каждой из них нарисован овал размером приблизительно с голову.
Первая серия из чёрного браунинга, шесть патронов на пять метров. Отстрелялся нормально, осечек не было. Все пули попали в овал. Не будем говорить про кучность. Вторая серия. То же самое, но дистанция десять метров. Все пули попали в фанерку. М-да… На пятнадцать, а тем более на двадцать метров решил не стрелять, бесполезно.
Бэби на тех же двух дистанциях показал аналогичные результаты. Собрал отстрелянные гильзы и продырявленные фанерки. Затем быстрым шагом удалился в сторону шоссе. Выстрелы довольно тихие, склоны оврага гасят звуки и не дают им далеко разнестись, опять же рабочий день, но лучше уйти от греха подальше. Отошёл на пару километров и из заранее припасённой четвертинки полил водкой на тряпочку, тщательно протёр руки и рубашку. Лучше спиртом пахнуть, чем порохом. Пистолеты в целлофановом пакете, пакет в сумке, сумка в рюкзаке, от них запах не учуют, а вот от рук могут.
Пока шёл, прикопал гильзы под корнями сосны, почти рядом с муравейником. Фанерки сжёг на старом кострище у речки, уже за шоссе. Залил угольки костра пионерским способом. Иногда этот метод зовут «девочки, отвернитесь». Убедился, что загореться ничего не сможет, и пошёл обратно на электричку. В дороге разговорился с пенсионером, он тоже пытался грибочков по ложбинкам поискать. И тоже напрасно.
Дома почистил пистолеты и убрал их по местам. Результаты стрельбы признал удачными. Первое, все патроны, хоть и старые, были отстреляны без осечек. И из саквояжа, и шесть из найденных на чердаке. Другие шесть чердачных на всякий случай оставил. Второе, новые магазинные пружины, кажется из бериллиевой бронзы, работают прекрасно. Третье, с пяти шагов по неподвижному арбузу я не промахнусь. Скорее всего. Но с десяти надо стрелять только в корпус. Звук выстрелов в меру громкий, отдача почти не чувствуется. Оба пистолета мелковаты для моей руки. Резюме такое – я вооружён и очень опасен. Может быть…
Ногинск
В Ногинск к Свете можно доехать либо электричкой с Курского, почти полтора часа езды и пятьдесят пять копеек затрат на билет, либо автобусом от станции метро «Измайловский парк». Причём автобусов два – обычный, который едет час с остановками, причём билет в нём стоит шестьдесят пять копеек, и «Икарус», экспресс. Едет сорок пять минут, стоит рубль. Поехали на электричке, до автобусов от меня больно неудобно добираться.
Как приехали, сразу пересели на трамвай. Было указание спросить остановку «Живые и мёртвые». Оказалось, ехать совсем недалеко, но какая-то бабуся на нас ругаться начала. Мы не поняли, а кондукторша вступилась: «Они откуда знают? Как им сказали, так и они говорят». Оказывается, остановка называется совсем по-другому, а то место, куда едем, так прозвали из-за новых пятиэтажных домов, построенных на месте перенесённого кладбища.