— Чего он от меня хочет? — Спросил я сестру, когда подошел к ней.
— Кто? Игорь Андреевич? Так ты что разве не знаешь, что он ко всем девочкам пристает?
— Как пристает?
— Очень просто, кого по попке погладит, невзначай, кого за грудь пощупает между делом.
Так он же маньяк, самый настоящий извращенец.
— Ты угадала, его наши девочки так и зовут.
— Как?
— Маньяк.
— Но с этим надо что–то делать.
— Что тут сделаешь?
— Как что? Рассказать директору школы.
— О чем? О том, что учитель физкультуры дотронулся до твоей попки? Так он скажет, что это урок физкультуры, а не русского языка.
— Все равно так оставлять это нельзя.
— К тому же многим девочкам это нравиться.
— Что нравиться?
— Когда Игорь Андреевич невзначай до них дотрагивается.
— А тебе нравиться? Когда он до тебя дотрагивается? — Спросил я свою сестру.
— Мне не нравится.
— Так что же ты молчишь?
— Я же тебе уже сказал девочки против.
— А я молчать не стану.
— Посмотрим, — задумчиво ответила моя сестра.
— Журавлевы, хватит разговаривать, на выход, — прервал наш разговор Игорь Андреевич.
На уроке физкультуры Игорь Андреевич несколько раз пытался, как бы невзначай до меня дотронуться, то поддержит за талию, когда я выполнял упражнение на брусьях, или погладит меня по спине, это вроде как похвала за правильно выполненное упражнение, но я всякий раз пытался увернуться от него. Наблюдая за ним я заметил что он и других девочек не оставляет без внимания. Юлю Горохову он даже по попе несколько раз похлопал, а она вместо того что бы увернуться или хотя бы дать понять что это ей не нравиться, наоборот улыбалась ему и кажется даже специально свою попу подставляла так что бы он мог ей любоваться. Со стороны это выглядело просто отвратительно. И тут я вспомнил о том, что Юля пригласила меня сегодня к себе в гости. Я представил, что кроме нас, меня и Юли в этом зале больше никого нет, и она все это вытворяет специально ради меня. Полностью отключившись от реальности, я, размечтавшись, забыл обо всем на свете.
— Маша иди к нам, — услышал я, как меня зовут, — у нас не хватает нападающего, — я окончательно пришел в себя.
Обычно в конце урока девочки играют баскетбол. Я с удовольствием согласился, тем более позвала меня Юля. Играл я так, как раньше не играл никогда. К тому же баскетбол моя любимая игра, поэтому мы конечно победили. Все–таки девчонки не умеют, по–настоящему играть в баскетбол подумал я, когда мы, закончив игру, направились в раздевалку.
— Молодец Машка, сегодня ты здорово играла, не хуже своего брата, — похвалили меня девочки из команды, за которую я играл.
— Я старалась, — ответил я им, машинально снимая с себя спортивный костюм.
— Ясно для кого ты старалась, — с издевкой проговорила Света Мальцева, которая играла против нас.
— Для кого? — спросил я ее, ничего, не понимая.
— Для Игоря Андреевича, вот для кого, ты влюбилась в него, — чуть не плача прокричала она.
В раздевалке наступила мертвая тишина. Все девочки нашего класса смотрели в мою сторону и ждали, что я ей отвечу. Я же, молча, смотрел на Свету, и не знал, что мне сказать в ответ. Молчать было больше невозможно.
— Дура ты Света, — спокойно ответил я ей, — мне кажется, ты сама в него влюбилась.
— Сама ты дура, — проговорила Светка, — я видела, как ты на него смотришь, когда он к тебе подходит.
— Девочки не надо ссориться, — быстро заговорила Лена Просторнова, — он не стоит того чтобы из–за него ругаться.
— А ты вообще молчи, что ты в этом понимаешь, — огрызнулась Светка.
Многие девочки, к этому времени уже переодевшись, молча, покидали раздевалку. Оставались только я, Юля, да Света с Леной.
— Слушай Светка тебе–то, какая разница, в кого влюбилась Машка? — Спросила Юля.
— Как какая разница? Я тоже его люблю.
— Ну и что? Нравится ей физрук, так это ее личное дело, — ответила Юля, — ладно я пошла, у меня сегодня важная встреча, а вы тут смотрите не подеритесь, хотя я не понимаю, чего вы в нем нашли? Ведь старый он, — закончила она, покидая раздевалку, небрежно покачивая своим портфелем.
Я с замиранием сердца смотрел вслед уходящей Юле, предвкушая сегодняшнюю встречу с ней.
Не задерживаясь, вскоре убежала и Лена, оставив нас со Светой одних. Мне оставалось натянуть на себя колготы, а Света только успела снять спортивную форму.