— Если ты сам этого захочешь, то обязательно осуществиться.
— Но как это возможно? — Обескуражено спросил я.
— Если честно, то этого я пока сама не знаю.
— Что же тогда делать? — Задал я повторно вопрос.
— Как что? Добиваться своей мечты.
— Я уже добиваюсь, — улыбнувшись, сказал я, показывая на свою одежду.
— И правильно делаешь. А об остальном я сама позабочусь. У меня есть кое какие планы, и если ты мне поможешь то мы с тобой добьемся того что бы наши мечты приняли реальные очертания. Кстати вдень свои сережки, а то скоро мама придет, не надо ее лишний раз расстраивать.
— Ладно, сейчас вдену, — вздохнув, согласился я с сестрой.
— И запомни, своей мечты надо добиваться самому, а не ждать пока она сама исполнится.
— Я понял.
— Не понял, а поняла, тебе понятно это или нет?
— Понятно.
— Запомни, все начинается с мелочей.
— Да все я уже поняла, и не надо мне об этом каждый раз напоминать, — немного раздраженно высказался я.
— Не надо на меня обижаться, я хочу, что бы ты до конца осознала всю серьезность наших намерений.
— Я уже тебе сказала, что я все поняла, и буду стараться изо всех сил.
— Вот и хорошо, давай на этом закончим, наш разговор и пообещаем во всем помогать друг другу.
— Я согласна, — вздохнув, ответил я.
— И я обещаю тебе во всем помогать, сестренка, — проговорила сестра.
— Послушай, а как быть с Семеном и с Юлькой?
— Об этом можешь не беспокоиться, я сам с ними завтра поговорю.
— Только с Юлей, а с Семеном я сама решу что делать.
— Хорошо как скажешь, только я тебе не советую с ним больше встречаться.
— Это почему?
— Потому что на втором свидании он обычно не ограничивается поцелуями.
Внимательно посмотрев на сестру, я ответил, — я буду иметь это в виду.
— А вот вы где? — услышали мы мамин вопрос, который она задала, заглянув к нам в комнату, чем занимаемся?
— Да так ничем, просто разговариваем, — ответил я.
— Мам, а ты знаешь, Машка влюбилась, — вставая с кровати, неожиданно сказала сестра.
— Дурак что ты выдумываешь, — закричал я возмущенно, и, вскочив, бросился на сестру с кулаками.
— Дети перестаньте немедленно.
— А что он выдумывает всякие гадости.
— Не гадости это, а, правда.
— Маша, иди–ка сюда, — сказала мама, садясь на стул в нашей комнате.
Я подошел к ней. Она, обняв меня за талию, и прижав к себе, сказала, — успокойся доченька, ничего страшного в этом нет, даже если это неправда все равно это когда–нибудь случиться.
— Никогда этого не будет, — воскликнул я.
Она, поглаживая меня по голове, сказала, — не будет, значит, не будет, что об этом сейчас беспокоиться.
— Она сама мне сегодня сказала, что целовалась с парнем, — настойчиво продолжала гнуть свою линию сестра.
— Вы кушали? — Неожиданно спросила мама, чтобы разрядить обстановку.
— Нет, — ответил я, всхлипывая носом.
— Тогда пошли на кухню сейчас что–нибудь приготовим, — обратилась ко мне мама.
На кухне, разговоров на тему моей влюбленности больше не было. Мама, выпроводив с кухни папу с сестрой, сказала, — ну–ка дочка давай накормим сегодня наших мужиков до отвала, что бы они запомнили этот вечер надолго.
— Давай, — улыбнувшись, ответил я, — только я ничего не умею.
— Ничего страшного научишься, главное было бы желание.
Желание у меня было. Ужин в этот вечер у нас получился отменный. Наши мужики, как назвала их мама, были довольны и как ни странно попросили добавки.
Уже позже, когда мы с сестрой ложились спать, я спросил ее, — послушай дорогой мой братец, ты что это сегодня за концерт устроил? Мы же обещали помогать друг другу, а ты что делаешь?
— Я помогаю тебе.
— Это как же ты мне помогаешь?
— Как, как, очень просто. Что бы мама ничего не заподозрила, я решил подыграть тебе.
— Это ты называешь подыграть? Выдумал невесть, что и рад.
— Я не выдумал, ты на самом деле влюбилась.
— В кого? — удивленный его нахальством спросил я сестру.
— В Семена.
У меня не было слов выразить свое отношение к своей сестре, я, молча, развернулся и, не раздеваясь, лег на кровать, отвернувшись к стенке. Сестра подошла, села ко мне на кровать, и, обняв, проговорила, — Машенька ну прости меня дурака такого, я не со злости, просто так получилось. Понимаешь, я хотел как лучше.
— Ага, а получилось как всегда.
— Ты меня простишь?
— Я уже простила, — сказал я, поворачиваясь к своей сестренке.
Она, поцеловав меня, сказала, — знаешь что сестренка, я теперь тебя никому в обиду не дам. Я тебя очень люблю.