— Я слышала… ну… — Виджи лениво взмахнула вилкой. — Всякое. Но ты, наверное, слышала ещё больше.
Я поставила стакан. Слишком аккуратно, как будто боялась пролить.
— Слышала, — коротко ответила я.
Виджи не стала делать вид, что «поняла» или что ей «жаль». Она только кивнула.
— Люди любят чушь. Особенно про тех, кто не похож на них.
Это прозвучало так буднично, будто она обсуждала погоду.
Я не знала, что на это ответить — и ответила честно:
— Не понимаю, почему ты подошла.
Она усмехнулась.
— А я люблю смотреть в лицо тому, что меня интересует.
Я моргнула. Слишком странная фраза.
— То есть… я тебя интересую? — спросила я медленно.
Она пожала плечами:
— Ты держишься так, будто весь мир пытается уронить тебя, а ты идёшь ровно. Такое бросается в глаза. И… — она наклонила голову, изучая меня, — ты не выглядишь как человек, который делает то, в чём тебя обвиняют.
Я напряглась.
— Ты не веришь слухам?
— Я верю глазам, — ответила она. — И чуть-чуть интуиции. Она у меня хорошая.
Я взяла яблоко, но так и не откусила.
— Ты не обязана мне доверять, — спокойно сказала Виджи. — И я не пытаюсь к тебе лезть. Просто… решила, что тебе будет не хуже, если кто-то сядет рядом, а не будет шипеть в спину.
Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Незаметно. Но ощутимо.
— Не боишься, что тебя будут обсуждать за то, что сидишь со мной? — спросила я.
Она фыркнула.
— Я боюсь только пауков. И то — маленьких. Люди мне ничего сделать не могут.
Это прозвучало так самоуверенно, что я невольно хмыкнула.
Она чуть улыбнулась — маленькой победой.
— Ладно, — сказала я тише. — Спасибо.
Виджи подвинула свой поднос чуть ближе — не вторгаясь, но обозначая: я рядом.
— Если тебе когда-нибудь надо будет… — она задумалась. — Ну, выдохнуть, что ли — я обычно сижу здесь. В этом же месте. И ещё… — она покосилась за моё плечо. — Этот парень уже третий раз смотрит в твою сторону. Он думает, что делает это незаметно.
Я резко обернулась.
В углу столовой стоял какой-то юноша — первокурсник, судя по виду — и отвернулся, как только наши взгляды встретились.
— Фух, — сказала Виджи. — Ну хоть один, который не шипит, а просто влюбляется, как все нормальные идиоты.
Я чуть не рассмеялась. Почти.
Но внутри стало… легче. На миллиметр.
Мне не хватало такого простого разговора. С Каем сейчас последнее, что хотелось делать — это говорить по душам. Да, он пытался быть рядом и защищать. Но так, как считал возможным, с учетом, что Коул его брат. Мне этого было недостаточно, к сожалению, хоть я и была ему благодарна. А Лира, которую я могла назвать единственной подругой, так рьяно защищала Коула, что мне казалось — встреться мы сейчас только сильнее расстаемся. Сейчас я была на нее зла, поэтому решилась держаться в стороне какое-то время. Мне не хотелось потерять нашу дружбу из-за него.
Виджи уже собиралась уходить, но вдруг остановилась. Развернулась так, будто что-то вспомнила — или всё это время подбирала слова.
Она наклонилась ко мне чуть ближе, локоток на стол, голос тише, чем до этого:
— Кстати… — начала она, обводя взглядом помещение. — Есть одна история. Не знаю, стоит ли тебе говорить, но… наверное, стоит.
У меня внутри что-то шевельнулось. Слишком знакомое чувство — ожидание удара.
— Говори, — сказала я.
Виджи кивнула и села обратно, но уже вполоборота, так, будто мы обсуждаем что-то запрещённое.
— Моя сестра училась здесь. Выпустилась три года назад, — сказала она. — И… ну… — она сжала губы, — было кое-что похожее.
Я замерла.
— Похожее? — повторила я тихо.
— Да, — Виджи посмотрела мне прямо в глаза. — У них на курсе была девочка. Тоже из небогатой семьи. Тоже получила грант. Тоже талантливая. Только… — она разгладила складку на салфетке, — не имела ни парня из семьи Коула, ни какого-то щита.
Я почувствовала, как в груди что-то стянулось.
— И что с ней? — спросила я, хотя уже знала, что ответ мне не понравится.
— Её… сожрали, — просто сказала Виджи. — За неделю.
Она произнесла это не жестоко и не с жалостью — просто факт, как врач, сообщающий диагноз.
— Сожрали? — переспросила я медленно.
— Да. — Она кивнула. — Моя сестра рассказывала: сначала — шёпотки. Потом — прямые намёки. Потом — истории, которые никто не проверял. Дальше — «она слишком много на себя берёт», «она не вписывается», «ей не место среди нас». Обычный набор.
— В итоге? — спросила я, чувствуя, как в животе холодеет.