"Может бросить все и уехать? "- мелькнула мысль в голове Ники.
"Ну уж нет, я не зря пошла на все условия отца, открыла самый лучший SPA-центр в городе. Чтобы вот так отдать свой труд какому-то тупоголовому, избалованному… красавчику".
Всё-таки он зараза, красивый, и тело у него — мечта любой девушки. Улыбка такая мягкая, губы так и просили их попробовать. Нике так хотелось отдать своё тело под ласки сильных рук.
"Выкинь эти глупости из головы немедленно!" — закричал здравый смысл. И Ника тряхнула головой, убирая наваждение. Не хватало, чтобы она начала влюбляться в самого известного парня… в трусах.
"Влюбляться? " — насмешливо подал голос здравый смысл. — "А разве ты его разлюбила?"
— Приехали, — ворвался в её мысли водитель такси.
Ника расплатилась и пошла домой. Первым делом нужно в душ, убрать с плеч беспамятную ночь, и… его запах. Она чувствовала его, запах мужчины, он всегда пахнет… собой, и духи только придают вкус. Ей так и хотелось пройтись языком по пульсирующей венке на шее.
"Да уйди ты", — Ника помахала рукой перед лицом.
Приняла душ, и, нехотя, красиво оделась. Тело просило свободный стиль одежды, а ноги кричали не пытать их сегодня каблуками. Но Ника не могла позволить одному кретину бросать тупые шуточки в её сторону. Поэтому надела серый комбинезон и босоножки на высоком каблуке.
Ника обещала себе забыть его привлекательное тело и не забыть его кобелиный характер. Ника помнит все статьи и количество фотографий с разными силиконовыми куклами рядом с Даней. Нет, она не следила, но и не замечать не получалось.
В центр Ника пришла позднее, чем обычно, но ей это нипочём, как всем известно: начальство не опаздывает, начальство задерживается. Она зашла в холл и кивнула девушке с ресепшена, что поздоровалась с ней, вставая со своего места. Приближаясь к дверям, она уловила непривычную музыку. В центре всегда играет расслабляющая, лёгкая симфония или умиротворяющие звуки природы. А сейчас оттуда шли звуки какой-то какофонии, это неприемлемо, и она догадывалась, чья это работа.
Даня лёг на кровать и положил руки под голову. Это был отличный план мести, теперь это выскочка в его кулаке. Она теперь будет вести себя как тихая мышь, наверняка не захочет, чтобы кто-то узнал, что было между ними этой ночью.
Он, в абсолютно расслабленном темпе, начал собираться для своей новой роли. Перед глазами так и мелькает удивлённое лицо мышки, и то, как она пожирала глазами его полуголое тело, это вообще незабываемо.
Когда Даня добрался до центра, мышки ещё не было, может она вообще не появится. Она проиграла, и воины больше не будет, пусть знает, кто тут папочка.
— Доброе утро, Лизонька, — Даня улыбнулся девушке. — Что за унылые звуки в этом здании, кто под такое работать нормально сможет? — музыка, что играла на весь центр, кого хочешь усыпит.
— У нас всегда такая мягкая музыка играет, Даниил Альбертович, — Лиза ответила, любуясь мужчиной перед собой. Тёмные узкие джинсы, простая, белая футболка и рубашка цвета хаки. Аккуратная борода и завораживающий взгляд карих глаз.
— Нет, так не пойдёт, — сказал Даня больше для себя, чем для Лизы. — Я сейчас же вернусь, — и Даня пошёл к своей машине.
Парень взял свою флэшку с последними хитами и, вернувшись к Лизе, вручил девушке со словами:
— Оживи всех, Лизонька, — девушка немного испугалась, это было видно по выражению её лица. — Что такое? — Даня спросил девушку, она явно не хочет этого делать.
— Доминика Романовна будет в бешенстве, она не любит, когда…
— Я такой же шеф, как и она, это во-первых, Лизонька, — Даня упёрся ладонями в стол секретарши. — Во-вторых, её здесь нет. Делай, что я прошу, — и Даня скрылся в своём кабинете.
Через минуту заиграла нормальная, зажигающая музыка, Даня довольно улыбнулся и начал свою работу, заблудившись в цифрах на экране.
В какой-то момент дверь его кабинета с грохотом отворилась, и в него влетела бешеная фурия с красными глазами.
— Это что ты тут раскомандовался? — Ника была в ярости, этот моделишка вчера пришёл, а сегодня диктует свои правила.
— А теперь вышла, постучала и вошла, как нормальный человек, — Даня бы поиграл с ней в "кто сильнее", но, когда он работал, он становился серьёзным.
— Что? — Ника опешила. Она ждала очередную порцию остроты. Но у Дани было каменное лицо.