Я ставила его в безвыходное положение. Прекрасно осознавая жестокость данного поступка, я всё же пошла на это. Но у меня тоже не было выхода. Протянув окровавленную руку к Релу, я ждала его реакции.
- Дар, – я впервые назвала его прежним именем – не вынуждай меня снова покидать тебя.
Рел всё ещё не двигался.
Я убрала протянутую руку и приблизила кинжал к своему горлу.
И тут же почувствовала, как его выбили из моих рук.
- Сумасшедшая! – Говоря это, Рел поливал моё запястье заживляющим зельем. – Совершенно безумна…ненормальна…запру…и спрячу все режущие предметы…
Дальше шёл какой-то невразумительный бубнёж, слова которого я так и не смогла разобрать.
Я же, полностью расслабившись и наконец-то отпустив скопившее напряжение, покачнулась и чуть не упала. Но меня подхватили и посадили на диван. Сквозь затуманенное зрение, я увидела, как моя комната стала плыть.
Послышались тяжёлое дыхание, звон металла и чьи-то ехидные замечания.
Постепенно стали обрисовываться два силуэта с мечами. Они сражались с друг другом, причём фигура поменьше периодически падала, от чего недовольно ругалась на ехидного комментатора. Тогда это не было для меня чем-то радостным, но сейчас я эти воспоминания, не назвала бы иначе, как «счастливые».
Фигуры, так и не обретя чётких силуэтов стали размываться, и я уже думала, что это конец, и даже стала ждать привычный обморок. Но, видимо, проклятье стало набирать силу, так как на место одного эпизода прошлого пришёл другой, более ранний.
- Сестра, не плачь, всё хорошо. – В этот раз картинка была более чёткой, и я увидела себя, сидящей возле кровати. Там, на белоснежных простынях лежал Дар. Помнится, он тогда сильно простудился, потому как служанки ленились топить камин в его комнате. Его лихорадило и трясло три дня. И ещё неделю он не мог самостоятельно передвигаться из-за сильной слабости и почти не покидал кровать.
Это было второй раз, когда я устроила тотальную проверку слугам. Первый раз был, когда я прятала камни-артефакты в комнате Дара. Но этот раз отличался от предыдущего, в тот день я делала это без всякой выгоды для себя. Я преследовала одну-единственную цель: наказать всех виновных в страданиях брата. Им повезло ещё, что на тот момент я ещё не совсем адаптировалась к этому миру и всё ещё придерживалась норм морали Земли. Иначе их головы бы оказались на плахе. А так всего лишь заклеймила рабами и продала в другое герцогство.
Да, я хорошо помню этот день. Ведь это был день, когда я поняла, что хочу защищать этого мальчика, волею судьбы ставшего мне братом.
Кажется, видение снова начало плыть, меняясь на новое, но я уже не выдержала и всё-таки упала в обморок.
Глава 16
Очнулась я в свой постели. Ну серьёзно, это уже даже стало обыденностью.
Открыв глаза и повернув голову, я увидела Рела. Судя по его помятому и уставшему виду, он сидел здесь всё время, пока я валялась в обмороке.
- Что с тобой?
- Я упала в обморок. – япроговорила очевидный факт, не совсем понимая смысла его вопроса.
- Ты постоянно падаешь в обморок. Я спрашиваю причину этого.
- Ну дело в том, что это тело не совсем моё. И мне плохо от конфликта магии. – Мило улыбнулась я, вывалив на него правду.
Пусть Ренгир и помог мне, ускорив для меня время. Но остатки магии этого тела всё ещё теплятся в нём. И будут теплиться ещё лет десять.
- Вот теперь я верю в то, что ты моя сестра. – Я встала с потели, подошла к нему и проговорила максимально сурово, смотря на него сверху вниз:
- Что ж, я рада. А теперь покинь мою спальню. Уже утро, и мне пора собираться на занятия.
Переодевшись и позавтракав, я отвела лекции и решила вновь пойти к Иве. В этот раз я была осторожнее и прежде, чем подойти ближе к знакомой полянке, материализовала скрипку. Начав играть, я осторожно, шаг за шагом двинулась вперёд. На пол пути меня стали оплетать веточки, но аккуратно так, словно поглаживая. Им явно нравилась моя музыка.
Голоса попробовали были возмутиться, но я на них шикнула и те замолчали позволяя использовать свою магию, как мне того заблагорассудится.
- Это кто тут мне тишину и покой портит? Что за пиликанье такое? Дорогой, ты слышишь этот кошмар? Вот скажи же, не слуха, не таланта! Не то что ты, моя веточка. Может покажешь этому нарушителю истинное искусство?