Но возможности попробовать у меня не оказалось. Из ниоткуда возник луч, который с силой прижал меня к обломкам, словно скафандр навсегда соединился с ними.
Вырваться было невозможно. И мне не позволили очень долго висеть так: из люка яхты вылетели воздушные минисани. Меня обвязали и потащили за санями, но не к кораблю, из которого вылетели, а на посадочную площадку, на которую садился робот. Здесь пленившие меня слезли со своего узкого судна и потащили нас через люк внутрь станции, где небольшое тяготение позволило мне встать ногами на пол.
Очевидно, те, кто взял меня в плен, гуманоиды, возможно, даже терранского происхождения. Они сняли шлемы и один то же самое сделал со мной, впустив пригодный для дыхания воздух со слабым запахом восстановленного кислорода. Оставив руки связанными, они освободили мне ноги, чтобы я мог идти, и лазером подкрепили свой приказ. Один из них взял у меня мешок и потащил Иити, время от времени поворачиваясь, чтобы внимательно посмотреть на мутанта.
И вот мы в качестве пленников оказались на легендарной Путеводной, и место это было поистине поразительно. Большое открытое пространство, которое заполняет рассеянный зеленоватый свет, отчего все лица кажутся неприятными и нездоровыми. Какими-то неведомыми средствами здесь создавалось небольшое тяготение, поэтому у балконов и коридоров, выходящих в центр, были верх и низ. Я видел что-то похожее на лаборатории. Мы миновали много закрытых дверей. Населения примерно как в поселке на обычной планете, хотя, как я догадывался, те, для кого эта станция дом, часто выходят в космос, и число постоянных обитателей ограничено.
Меня привели к одному из таких постоянных обитателей. Это был орбслеон, и его громоздкое тело было погружено в кресло-бассейн с розоватой жидкостью, необходимой ему для постоянного питания. В эту жидкость он был погружен по сморщенные плечи, а верхние щупальца плавали сразу под поверхностью. Голова очень широкая снизу и сужается кверху. А на самой вершине по сторонам два широко расставленных глаза. В его внешности все еще можно было разглядеть происхождение от древних головоногих. Но в чуждом теле скрывается очень острый и проницательный разум. Босс на Путеводной — это босс, независимо от формы его тела.
Щупальцем орбслеон привел в действие переводчик на основной: его родная речь — это жесты щупальцами.
— Кто ты?
— Меня зовут Хайвел Джерн, — ответил я так же кратко, как он спросил.
Непонятно, говорит ли ему что-нибудь это имя. А Иити ничем мне не помог. Впервые я усомнился в том, что мутант поможет мне в обмане. Возможно, он окажется не в состоянии проникнуть в мыслительные процессы чужака. Тогда я в опасности. Неужели сейчас как раз такой случай?
— Как ты пришел? — Щупальце поиграло, задавая вопрос.
— На одноместном корабле. Я столкнулся с луной, улетел на шлюпке… — Мое объяснение было подготовлено заранее. Я лишь надеялся, что оно звучит правдоподобно.
— Как прошел? — Конечно, невозможно понять выражение лица чужака.
— Я увидел приближающийся грузовой корабль и пристроился под ним. Шлюпку оставил на полпути. Надел скафандр и пришел…
— Зачем?
— Меня преследуют. Я был экспертом-оценщиком патрона Истамфы. Хотел выкупиться и жить в мире. Но меня стал искать Патруль. По закону взять меня не смогли и послали за мной человека на контракте. Он считает, что убил меня. С теХ пор я скрываюсь. — Такое неправдоподобное объяснение сойдет, только если во мне узнают Хайвела Джерна. Я все сильней и сильней осознавал глупость своего плана.
Неожиданно ко мне мысленно обратился Ииити.
Послали за тем, кто знал Джерна. И они не нашли записи «мертв», когда ты сообщил свое имя.
— Что тебе здесь нужно? — продолжался допрос.
— Я оценщик. Возможно, здесь понадобятся мои услуга. К тому же… это единственное место, где до меня не доберется Патруль. — Я пытался делать свое объяснение правдоподобным.
Медленным и равномерным шагом, какого требует низкая гравитация, вошел человек. Насколько я мог судить, раньше я его никогда не видел. Это был мутант терранского происхождения, с бесцветными белыми волосами и выпуклыми глазами в больших очках — глазами фальтарианина. Из-за этих очков было невозможно прочесть выражение его лица. Но Иити был наготове.
— Он не знал твоего отца близко, но несколько раз видел его в помещениях босса Истамфы. Однажды принес ему вещь предтеч, табличку с иридиевым узором и камнем бес. Отец назвал цену в триста кредитов, но он не захотел продавать.