Глава 3.
Черт! Как можно было опоздать, вроде бы и адрес, и время Анна прислала мне заранее, но стоило мне подняться на крышу чтобы посмотреть свои старые работы и хоть немного вдохновится перед встречей с этой супер теткой из сферы искусства, как я совершенно потерял счет времени и вот уже на бегу влетают в распахнутые двери ресторана.
Посетителей очень много, все столики заняты, не могу найти Анну, ее телефон недоступен идут в сторону барной стойки чтобы там уточнить про столик на имя Анны Смоловой.
За стойкой стоит чуть полноватый бармен и протирает стаканы.
- Добрый вечер, я хотел бы уточнить…
Но тут меня резко кто-то отодвигает в сторону не приятно толкая в бок при этом. Перевожу полный негодованияя взгляд на размалеванную пигалицу рядом.
- Значит так милый, поймай за хвост нашу официантку и передай, что если мой Цезарь не будет готов ровно через пятнадцать минут, то я не просто не буду за него платить, а как Великий полководец чьим именем назван этот чертов салат напишу в сети целый трактат после которого набеги римлян в вашу богадельню прекратятся навсегда.
Несмотря на достаточно приятный голос, лицо девушки размалевано так словно она только, что пришла после работы с трассы, а поведение настолько мерзкое и хамское, что странно, как ее сюда вообще пустили. Черные лакированные сапоги-ботфорты, коротка красная лакированная юбка, черный кружевной топ и множество дешёвой бижутерии сейчас лишь подчеркивают стоимость этой девицы.
- Простите, но вы влезли в наш разговор. – хочу призвать ее к совести.
- Прощаю. – даже не поворачивая в мою сторону голову говорит девушка.
- Я не знаю кто вы такая и да не хочу знать, но вот манерам вам явно стоит поучится.
Она медленно поворачивает свое, наверное, симпатичное лицо, которое сейчас скрывает просто целая тонна штукатурки, смотрит внизу вверх, после чего закатывает глаза говорит:
- Не надо быть таким самоуверенным у вас явно нечему учится. Подбери слюни малыш и застегни ширинку.
Я как малолетний пацан проглатываю ее уловки и нервно хватаюсь за ширинку поправляя ее, а она в этот момент начинает заливаться от смеха.
А после берет свою сумочку с барной стойки и уходит пошло, виляя бедрами. Официанту удается поймать для меня свободную официантку, которая помогает найти мне в одной из залов ресторана нужный столик.
За столиком сидят трое. Анна в деликатном черном платье, явно ее друг Эдвард в каком-то очень странно балахоне и та самая девка, с которой я столкнулся у бара, и она явно ошиблась столиком. Анна встает ко мне на встречу и приглашает к столу:
- Друзья, познакомьтесь пожалуйста, это Степан, он художник и мой родственник. Я много о нем рассказывала, - на меня поднимает взгляд только парень, блондинка в парике смотрит лишь в телефон.
- Степан, а это мой очень близкие друзья. Эдвард – художник и со-основать фонда «Звезда Марка» и наше светило пиара и главный мозговой центр Ангел с ней ты и будешь работать.
- И вы хотите сказать, что эта проститутка будет заниматься моим продвижением?
Напротив, меня сидит дерзкая, размалеванная дешевка в блондинистом парике, которая только что нахамила мне около бара. Я смотрю на нее и отвращение невозможно скрыть с моего лица. Ничего более неприличного и вызывающего я не встречал даже в самых жутких притонах Лондона.
Она тем временем поднимает на меня свои огромные нарощенные ресницы и говорит:
- Лучшая проститутка в своем деле! Но для того, чтобы я согласилась работать над тобой, ты должен убедить меня что хоть чего-то стоишь.
- Степан, что ты такое говоришь? Когда ты успел познакомится с Ангел? – удивленно говорит Анна и я не знаю, чего во мне сейчас больше придушить девицу напротив или взять Анну и увести домой и откуда у нее вообще такие друзья, куда смотрит Артур, неужели его тирания на жену не распространяется.
- Я бы не стал на твоем месте судить по обложке, если ты художник, то должен видеть больше чем показывают, настоящую сущность вещей. – лениво говорит Эдвард, а потом добавляет. – Ты опоздал и поэтому Ангел сейчас в гневе, а еще многое пропустил из того, что мы уже обсудили.
Ангел переводи гневный взгляд на наручные часы и ее лицо теперь и правда суровое.
- Может быть кто-то из присутствующих и захочет тебе рассказать, о чем мы говорили, но уж точно не я.