Картер не из-за чувства заботы попросил девушку сразу на входе снять грязную кофту с карманами и оставить её на первом этаже, дабы ничего не испачкать. Юноша уже предполагал, что Ной не даст ему и гостям как-то контактировать друг с другом, потому нужно было что-то, что псих может не заметить, и это оказалась грязная толстовка.
Всё прошло гладко, и псих ничего не заметил. Пленник закинул удочку, оставалось только ждать улова.
Закончив с посланием, Картер поднялся на второй этаж, подойдя к комнате, в которой находился Ной с двумя незнакомцами. Девушка с мужчиной благодарили словами и жестами доброго парнишку, даже не зная, что тот желает их смерти.
— Чтож, если не захотите спать, можете зажечь свечи. Туалет находится на первом этаже, если вдруг приспичит. — увидев в дверном проёме брата, Ной закончил беседу с незнакомцами, двинувшись к Картеру.
— Ещё раз огромное вам спасибо. Вы просто не представляете, как мы вам благодарны. — проговорила девушка, но получила лишь легкую улыбку Картера, надеявшегося, что он тоже когда-нибудь сможет её поблагодарить, если его план с запиской сработает.
Юноши прошли в их комнату в молчании и Картер понимал, что псих сегодня будет очень груб с ним. Ной всегда был груб, когда злится, а сейчас он почти в ярости.
— Что ты задумал? — задал вопрос парень, смотря на спокойного брата.
— О чем ты? — притворялся дурачком Картер.
— Ты же знаешь, что я не позволю тебе хоть что-то сказать этим людям, а если ты скажешь, то…
— Но, я же молчу. — оборвал Картер психа, пытаясь говорить уверенно, — Мне просто стало их жаль. Я знаю, что они всё равно мне не помогут, потому и не пытаюсь с ними говорить. Так что, не беспокойся.
Ной не доверял Картеру. Разумеется, не один уважаемый себя психопат убийца, насильно удерживающий человека, не стал бы доверять этому человеку. Ной знал, что его брат что-то замышляет, и потому решил перекрыть ему все пути.
— Не смей больше с ними говорить или пересекаться. Завтра утром я отведу их в город. Если ты ничего не сотворишь они будут живы. — Картер кивнул, ничуть не огорчаясь условием психа, поскольку уже закинув свою удочку с посланием.
Войдя в комнату, юноша чувствовал не ровное дыхание психа и понимал, что сейчас будет. Ной не стал церемониться и уже через пару секунд Картер лежал на кровати с раздвинутыми по сторонам ногами.
Первый месяц Картер испытывал невообразимый стыд, во второй отвращение, а теперь в его груди осталась только ненависть. Юноша не понимал собственную эрекцию своего тела. Ему казалось, раз он может кончить от психа, значит и сам уже немного становится таким же. Это осознание ещё больше давило на парня, но он ничего не мог с этим поделать. Ной заставлял его кончать снова и снова, умела работая руками, языком и всем своим телом.
Иногда Картер ловил себя на мысли, что ему это нравится. Он уже не испытывал того стыда и отвращения как раньше, но вот огонь ненависти к психу никуда не уходил, а становился лишь больше.
— Братик, почему ты заглушаешь свои стоны? — наклонившись к измотанному ласками телу, прошептал Ной на ухо своей жертве.
Картер знал, что стены здесь очень тонкие и любой писк слышан даже на первом этаже. Их биения тела об тела и небольшой скрип кровати и так сдавал то, чем занимаются два парня ночью. Юноша очень надеялся, что гости устали после долгой дороги и уже спят, не слыша мерзкий стонов психа.
Не то, чтобы Картера волновало, как о нём отзовутся незваные гости. Юноша боялся, что те окажутся гомофобами и найдя записку, не захотят помогать такому мерзкому человеку, дозволяющий мужчине им владеть.
Картер уже давно не доверял людям, но сейчас эти люди были его единственной соломинкой на спасения. Других выходов юноша пока не видел.
— Кх! — выгнул юноша спину от глубокого толчка.
Всё тело Картера уже дрожало от второго часа пыток, и хоть они были возбуждающие и не приносили боль, но очень изматывали юношу. Картер понимал зачем Ной это делает. Псих хочет, чтобы его жертва отключилась и завтра не успела увидеть гостей до их ухода.
— Братик, тебе хорошо? — целуя шею любимого, поинтересовался псих, оставляя новые отметены на теле, говорящие кому принадлежит данный человек.
Ной уже давно не оставлял на Картере так много засосов и укусов. «Думаешь, мне будет стыдно показаться им в таком виде? Ошибаешься, ублюдок. Я могу выйти хоть голый и не испытать ни крупицы стыда. Всё благодаря тебе. Ты начисто стер во мне чувства стыда!»
Снова кончив, Ной уволился на хрупкое тельце своего любимого, жадно поглощая его губы с тяжёлым дыханием. Заметив, что брат никак не реагирует, Ной привстал, видя отключённого парня над ним.