— А сколько раз ты пробовала? — поинтересовался Картер, не желая отступать и видя в Юджине будущую звезду своих спектаклей.
— Ни разу...
— Как можно понять, что ты не силён в чем-то, если ни разу не пробовав этого? — в шутку возмутился Картер, и тут девушка, внезапно рассмеялась, а Картер заметил, что на его щеках появился румянец.
— Ты умеешь уговаривать.
— Да я мёртвого уговорю воскреснуть. Вот увидишь, тебе понравится, ведь я руковожу нашим театром. Уверяю, скучать у нас не приходится, — Картер ещё немного поговорил с новенькой и даже не заметил, что все это время за дверью кабинета их класса стоял его брат, с пылающим взглядом смотря на ничем не примечательную особу, смеющую вызывать у его старшего брата смех и покраснений на щеках.
***
— И так, все молодцы. Завтра я распределю роли, а сегодня можете быть свободны, — оповестил группу Картер, уже точно зная, кто будет главной героиней его спектакля.
— Ну, как я? — скромно поинтересовалась девушка, подойдя к автору спектакля.
— Ты будешь играть Юну, — тут же выдал Картер, ничуть не сомневаясь в своём решении.
— Что? Но это же главная роль! Как я…
— И ты лучше всех на неё подходишь! — взяв девушку за плечи, выдал Картер, смотря голубыми глазами в зелёные зрачки красавицы. — Как только я тебя увидел, то сразу понял, вот она, моя Юну, повелительница светлячков! Ты же потрясающе прочитала сценарий, что даже придраться было не к чему, и говоришь плоха в театре? Да ты прирождённая актриса! — с таким воодушевлением говорил парень, что не сразу заметил, что находится в очень близости с новенькой. — Прости, я увлёкся.
— Ничего. Спасибо за слова, — Юджина отвела взгляд, но после с улыбкой решимости посмотрела на автора спектакля. — В таком случае, я очень постараюсь не подвести тебя!
Картер улыбнулся девушке, чувствуя между ними некую связь. Для Картера подойти к кому-то и пригласить участвовать в своих пьесах уже обыденным делом. Как бы он ещё насобирал свою группу? Но вот к Юджине юноше было подходить по-особенному неловко, поскольку она привлекала его не столь внешними качествами, сколько своим голосом и манерой общения.
Парочка мило общались, и Картер объяснял новенькой как у них тут все работает. Девушка с парнем выглядели так мило, словно взятые из книги возлюбленные. Томми и Лиан сразу заметили заинтересованность друга в новенькой, и всеми силами хотели помочь ему, а вот младший брат желал воткнуть что-нибудь очень острое в ненавистную особу, так близко стоящую с Картером.
«Нельзя. Одна ошибка и ты потеряешь всё!» — говорил внутренний голос Ною, и тот решил послушаться, поскольку прошлое игнорирование навело слишком много проблем.
— Братец.
Картер с Юджиной обернулись, увидев юношу с хвостом на затылке. Ной выглядел дружелюбно, и со своей привычной улыбкой смотрел на брата, не обращая внимание на предмет своей ненависти.
— О, Ной, познакомься, это Юджина. Она перевелась из Фран…
— Когда мы пойдём домой? — жалобно спросил юноша, не имея ни единого интереса к девушке, все так же стоя в непринужденной позе, ожидая ухода из театрального класса.
Ной никогда не участвовал в сценках брата, но приходил на все репетиции, помогая с декорациями и другими мелкими поручениями. Как-то Картер пытался предложить Ною сыграть, но тот отказал, ссылаясь на плохую актерскую игру. Картер не стал настаивать, как делал это с Юджиной недавно.
— Ох, уже почти шесть? Наверное, всем пора бы уже расходиться. До завтра, Юджина, — будто, не замечая странного поведения брата, попытался уладить все Картер.
— Да, пока, — неуверенно улыбнулась девушка, не совсем поняв недавнюю ситуацию.
Картера был огорчен прерванным разговором с Юджиной, но не подавал виду, понимая, что брата нельзя оставлять одного. Тут уже играли не братские чувства, а страх.
Шагнув на порог квартиры, Картер тяжело вздохнул, видя безумные глаза брата, которые он старательно скрывал весь день.
— Вот мы и дома, — улыбнулся Ной, не отрываясь пялясь на предмет своего совершенства.
— Ага. Я проголодался, а ты? Может закажем пиццу? — предложил Картер, желая скорее пройти в комнату, а не стоять в темном коридоре, но брат перехватил руку юноши, заключив того в объятия.
Сказать, что Картеру было неуютно, это ничего не сказать. Но проглотив свой комфорт, Картер совладал с эмоциями, похлопав брата по голове, словно ребенка.
— Хочешь что-то другое?
Ной не отвечал и Картер чувствовал, что тот словно вынюхивает его как пёс. «Жутко…» — понимал Картер, но у них имелись моменты и хуже, потому юноша продолжал стоять в ожидании, когда его отпустят.