Непроглядная гладь тумана полностью скрыла под собой пустошь; иногда взвихрялись рваные лоскуты мнимых волн. Обманчивое спокойствие туманного моря резко констатировала с грохотом содрогающейся земли. Нервы казались натянутыми до предела. Шум становился нестерпимым, давил на уши боевыми барабанами бриттов-людоедов, но никого не появлялось — пелена тумана хранила непроницаемое спокойствие…
Клыкастая морда, огромная, что легковой автомобиль, истекающая пеной и яростью, вынырнула возле самой стены, так неожиданно, что никто не успел среагировать. Вынырнула и вновь исчезла под белесой поверхностью, чтобы в следующее исчезающее короткое мгновение сотрясти до основания стену, сложенную из бетонных блоков.
Мощный удар свалил с ног многих. Солдаты с криком полетели вниз со стены, будто пущенные из пращи. Самого Кшиштофа удар отбросил прочь от внешних зубцов, но тот сумел каким-то чудом уцепиться за перильца, ограждающие наблюдательную галерею, и удержаться наверху. Он висел вниз головой, зацепившись портупеей за стальную трубку, и со все возрастающим ужасом смотрел на быстро растущую трещину, сочащуюся пылью и мелкой щебенкой.
— Огонь! Во имя всех святых, огонь!!!
«Неожиданно вовремя», — зло подумал Кшиштоф, выбираясь из цепкой хватки перильц, спасших ему жизнь. И тут же прикусил язык — еще один удар, не менее мощный, чем первый, заставил стену содрогнуться. Внизу, с внутренней стороны выпал внушительный кусок бетонного блока.
Второй удар сыграл для мастер-сержанта хорошую шутку: его швырнуло вперед, грудью на стенные зубцы. Воздух одним плотным, осязаемым комком покинул легкие, и Кшиштоф с тревогой прислушался, ожидая сухого треска ломающихся ребер, но обошлось. В будущем явно не отделаться без здоровенного синяка во всю грудь, но хотя бы кости остались целы.
Еще один такой бросок, как чувствовал мастер-сержант, ему не пережить, и голова работал как часы, перелопачивая тысячи вариантов спасения. Закинуть крепкий кожаный ремень за зубец, намотать на руку и молиться, чтобы старая кожа выдержала. Удивительным образом, но автомат валялся у самых ног, такой желанный и важный. Кшиштоф подхватил тяжелым, кованым носком сапога ремешок и подтянул ближе.
Несмотря на ужас происходящего голова работала спокойно и даже чуточку лениво, ни страха, ни растерянности. Отметил, что до сих пор молчат крепостные пулеметы и автоматические орудия. Правда, внизу из арсеналов тащили минометы и снарядные ящики. Кшиштоф разочарованно вздохнул: какие, покарай их все Святые, минометы: они что, собираются накрыть огнем стену?
Стена вновь вздрогнула, подкинув мастер-сержанта на добрый метр в воздух — если бы не страховка, лететь бы тому в безразличный к человеческой судьбе туман, где огромные темные силуэты, будто акулы в море, сновали у стены. Врезались, разворачивались и снова с глухим стуком бились о бетон.
Царил абсолютный, первозданный хаос. Вся система охраны границы, правила, прописанные в различных уставах и положениях, ежедневная муштра и учения — все пошло насмарку. Как только дело дошло до реальности, стена оказалась совершенно беззащитной от угроз Познаньской пустоши. Хваленые пулеметы молчали, а солдаты собирались закидать минами саму стену, дабы довершить разгром пограничной фортеции. Что могли сделать жалкие пулеметы тем чудовищам, что разрушали стену?
Кшиштоф выпустил несколько очередей в туман, высветив массивные черные туши, покрытые свалявшийся шерстью.
— Черт! Черт!! Черт!!! — богохульствовал со все возрастающей степенью мастер-сержант.
Отвязался от стены и со всех ног кинулся к сиротливо торчащему пулемету, грустно склонившего долу свой длинный перфорированный ствол. Передернул затвор, проверил целостность ленты и, быстро проговорив в голове простейшую, но такую искреннюю молитву, нажал на гашетку. Пулемет кашлянул пару раз неуверенно, но быстро сменил робкий тон на уверенный рев, мигом перекрывший все остальные звуки. Тяжелые пули разорвали туманную пелену и с противным мягким хрустом вспороли толстую шкуру панцирного вепря, склонившего свою тяжелую и широкую голову с мясистым и подвижным розовым пятачком размером с канализационную крышку. Длинные черные клыки походили на два тарана, направленные в казавшуюся такой беззащитной от природных сил стену. Чудовище дрогнуло, когда пулеметная очередь чиркнула его по спине, обнажив окровавленное мясо, и словно бы споткнулось.