Кшиштоф отскочил от пулемета, сухо щелкнувшего бойком. И вовремя: кабан чуть-чуть изменил направление движение, и удар пришелся по касательной, не столь сильный, как предыдущий, но достаточный, чтобы отбросить человека далеко прочь от противно жалящей штуки. И для стены удар оказался фатальным. Оглушающий грохот и треск, взмывшая к небу колонна каменной пыли возвестила о последних мгновениях жизни участка стены 4-го Пограничного Полка Зеленой Стражи Святой Инквизиции.
Бетонные плиты под ногами разъехались, больно толкнули под пятки и подбросили в воздух. Мгновение невесомости и полета позволили мастер-сержанту о многом подумать, прежде чем возникла оглушающая, поражающая своей неизбежностью мысль о скорой кончине. Кшиштоф прожил хорошую жизнь, которой мог по праву гордиться. Как говорили в народе, вся грудь в крестах — настала пора и головы в кустах. Тридцать лет службы в самых горячих точках, на самых напряженных участках границах, рейды вглубь пустоши, даже участие в небольшой, но кровопролитной войне с Колесничими. Может, он и не стал генералом, но в его жизни не было ничего такого, чего можно было стыдиться. К черту тупое офицерье, заимевших звания благодаря протекции и родственным связям, вроде ублюдка Сантини, к черту, командование, никогда не слушавшее ветеранов и считавшее себя самым умным и хитрым. К черту новомодную стену — колючка и ров несколько лет назад справлялись ничуть не хуже. К черту все!
Да только судьба решила совсем по-другому. Кшиштоф, готовый принять гордую и почетную смерть в бою, выжил. Раскорячившись в воздухе, размахивая руками и ногами, он с премерзким чавканьем приземлился на что-то мокрое, теплое и вонючее. Как догадался позже, на кучу выпавших их распоротого брюха мертвого панцирного вепря внутренностей. Он с отвращением утер перемазанную кровью и дерьмом физиономию и полез наверх, заворожено глядя на то, как начали работать минометы. С завывающим ревом, терзающем душу и нервы мины ложились рядком, рвались, сея во вторгнувшемся стаде кабанов смерть и разрушение, перемалывая в каменную труху стену.
«Гребаный командир!» — вспомнил испуганную рожу гранд-лейтенанта Кшиштоф и разразился жутким, каркающим смехом. Теперь Сантини ничто не спасет: разрушение стены ему не простит ни Святой Престол, ни Кардиналы.
Страшный, покрытый кровью с ног до головы, мастер-сержант напоминал дьявола, выбравшегося из своего подземного укрывища за грешными душами провинившихся солдатов. Огонь, взрывы, умирающие монстры, ревущие в предсмертной агонии, дополняли и развивали картину Ада, сошедшего на землю. Одно лишь нарушало его.
Из проема в стене, затянутого черным дымом вперемешку с белыми космами тумана, вынырнул грузовик. От удивления Кшиштоф даже забыл очередной раз помянуть хозяина подземных чертогов.
Он не знал такую модель. Явно не санмарианская, без извечных труб, изрыгающих черные клубы дыма от сгорающего угля, без визжащих клапанов для сброса пара. И не клейденская: ни жутковатых стальных клыков и перекрученных выхлопных труб. Тем более к Колесничим она ни имела никакого отношения. Новенькая, будто только что сошедшая с конвейера, защитная окраска зелень с коричневыми и бежевыми пятнами и массивным кенгурятником перед частой решеткой радиатора. И тяжелыми стальными крыльями, прикрывающими широкие рифленые протекторы.
Машина вильнула в сторону, обходя вспухший столб земли, пыли и ошметков плоти, проскочила мимо двух мертвых туш и прошла буквально в нескольких метрах от застывшего в удивлении Кшиштофа.
Мастер-сержант успел разглядеть и странную эмблему на кунге: звездно-полосатый прямогульник. И двух человек в бронированной кабине. Грузовик, взревев двигателем, развалил по бревнышку чудом уцелевшую казарму и скрылся в клубах дыма от взорвавшегося арсенала, постреливающего рвущимися в огне патронами.
— Чтозачерт?! — выдохнул Кшиштоф и перекрестился. Такого чуда даже многоопытный ветеран видел впервые.
Глава 9
Найти и обезвредить
Прорыв.
Страшное слово облетело все приграничные поселения, одним махом уничтожило то эфемерное чувство безопасности, что вселяли в истинных новохристиан стена и полки Зеленой Стражи. Спокойствие развеялось как дым, сменившись страхом и даже кое-где паникой.
Люди покидали поселения и уходили вглубь Теократии, напуганные рассказы о страшных монстрах, пришедших с Той Стороны. Ни уговоры властей, ни заверения армейского начальства и проповеди священников не могли остановить их. Дабы хоть как-то укротить панику среди населения к стене подтянули дополнительные армейские части и даже тяжелую бронетехнику, пыхтящую черным дымом, коптящую и грохочущую, достаточно, чтобы внушить уверенность в силе Святого Престола, способного защитить своих адептов.