Нет, лагерь, разбитый по всем канонам опытных путешественников, в наличии имелся. Стояла наша палатка, стояли четыре больших шалаша, чуть в стороне чернело большое кострище, снабженное деревянными рогульками, на которых повис большой, почерневший снизу котел. Только вот людей в лагере не было, как не было лошадей, козлов и пожарно выкрашенного шарабана.
Я остановился посреди этого брошенного стойбища и принялся растерянно размышлять, куда мог подеваться народ, но долго оставаться в размышлении мне не дали. Через пару минут из-за окружающих лагерь кустов выдвинулось десятка полтора уже знакомых мне всадников, закованных в глухие серебристые доспехи, с длинными копьями в руках и мечами у пояса.
«А вот и рыцари Храма!» – прошелестела у меня в голове довольно спокойная мысль, и я принялся припоминать какое-нибудь подходящее к случаю заклинание. Но в этот момент вперед на маленьком ослике выползла не менее знакомая фигура в… монашеском облачении. И этот монашек тут же начал приятную беседу:
– Гэндальф Серый Конец! Сам Епископ, лично предлагает тебе явиться к нему в Храм и выслушать его весьма заманчивое предложение! Твои друзья уже находятся в Храме, поэтому я не советую тебе применять против рыцарей Храма свою магическую мощь! Место каждого уничтоженного тобой рыцаря может заступить кто-то из твоих друзей!
Вот такое ласковое предложение, подкрепленное самым откровенным шантажом!
– А что ты хотел от Варвара?! – тут же раздался у меня в голове голосок моей старопечатной подружки. – Соглашайся! Тебе не все равно, каким образом оказаться в Храме? Ты же именно туда стремился?! А теперь тебе не дадут заблудиться…
И что мне после этого оставалось делать? Я пожал плечами и довольно спокойно сказал:
– Поехали…
Рыцари в полном молчании выехали на поляну лагеря и сомкнулись в колонну по двое. Мы с монашком оказались в центре этой колонны, а по бокам у нас также встала пара рыцарей. Вот такой молчаливо-роскошной кавалькадой мы и отправились в гости к Епископу в его неведомый Храм.
Окружавшие меня рыцари, как и полагается куклам, были довольно молчаливы. То есть я от них так ни слова и не услышал. Зато монашек, тащившийся рядышком со мной на осле, говорил за всю остальную компанию. Однако я, памятуя сказанное Портятой по поводу опосредованного присутствия самого Епископа, старался отвечать откровенно и в то же время маловразумительно, предоставляя инициативу в разговоре своему визави.
– Я же вас предупреждал, чтобы вы не ездили к правителю! – начал с укора свой монолог черноризец. – Или вы так и не поняли всей угрожавшей вам там опасности?!
– Да какая там опасность? – беспечно откликнулся я.
– Как какая! – Монашек аж подпрыгнул на своем осле. – А призрак?!
– Да нет там никакого призрака, – пожал я плечами. – Мы, во всяком случае, провели в Замке две ночи и целый день и никакого призрака не наблюдали. Нет там, кстати, также привидений, зомби и прочих полтергейстов.
– Неужели она так быстро… – пробормотал про себя монах, но тут же снова обратился ко мне: – А Качей ни о каком призраке вам не рассказывал?
– Да нет… Вот о пропавшей королеве он много говорил. Расстроен он этим обстоятельством ну прямо-таки до слез. Говорит, все бы, мол, отдал, чтобы вернуть мою дорогую королеву на место или получить подтверждение, что она умерла.
– Ага, расстроен… – Было похоже, что монах находится в некоторой растерянности от моего рассказа. – И что же вы так мало погостили в Замке, если там все до такой степени спокойно?
– Я же говорю, Качей о королеве горюет. Ну, мы и пообещали разузнать о ее судьбе. А кроме того, ему нужны три конкретных предмета, которые то ли пропали, то ли похищены из Замка, прямо, можно сказать, у него из-под носа. Качей просил поискать его цацки, а предварительное расследование показало, что они, возможно, находятся в личном пользовании Епископа. Вот мы и направились в сторону Храма.
– То есть ты хочешь сказать, что Качей не нашел кольцо, пояс и меч?
– Нет, не нашел, – со вздохом ответил я и тут же многозначительно прибавил. – Пока не нашел…
– Значит, вы направляетесь к Храму? – переспросил монашек. – Что ж вы тогда свернули с дороги в этот лес?
– Да просто я в Замке наслушался рассказов о здешнем маге, вот и решил заскочить, познакомиться с местной знаменитостью. Нанести, так сказать, визит вежливости. Как маг магу…
– Какой это здесь маг живет?! – с неожиданной заносчивостью поинтересовался монах.
– А ты будто бы не знаешь?! – ответил я вопросом на вопрос.
– Я всех местных магов прекрасно знаю! И не только местных! И мне точно известно их сегодняшнее местонахождение. Так вот, никакого мага в здешнем лесу нет!
– Ну как же, – мягко не согласился я. – А Отшельник Там?
– Ха! – Монах снова подпрыгнул, и мне стало жаль бедного осла, на котором он ехал. – Какой же это маг?! Это недоучившийся фигляр, владеющий парой-тройкой низкопробных фокусов! Он даже начальной школы верхней магии не закончил, не говоря уже об университете!
– Вот как?! – искренне удивился я. – А он утверждает, что с отличием окончил факультет прикладной магии Борбонского университета по специальности магоинженерия общих пространств. Он даже упомянул название своего диплома, но оно у меня как-то в голове не удержалось…
В ответ на эту белиберду монашек задрал голову и уставился на меня. Тут я впервые увидел его рожу. Рожа эта и так была малоприятной, а тут еще вытаращенные, как у карася, белесые глазищи и отвисшая челюсть… Бр-р-р…
– Ка… ка-ка… ка-ка-кого университета? – выдавил наконец мой потрясенный провожатый.
– Какого, какого, Борбонского! – повторил я для глухих и глупых.
– Нет такого университета! – взвизгнул монах, и мне показалось, что на его узких бескровных губах выступила пена.
– Это вы с Отшельником выясняйте, есть такой университет, нет такого университета. Я за что купил, за то и продаю.
Мое безразличие в данном вопросе повергло монаха в еще большее негодование.
– Так он же тебе нагло врал! – завопил он так, что его осел шарахнулся в сторону, а сам седок едва не свалился на землю.
– Это ты так говоришь! – парировал я. – А мне думается, что такой солидный, пожилой маг не опустится до тривиальной лжи! Тем более, что я сам учусь на третьем курсе Марлагского университета и у нас в группе есть ребята, которые перевелись к нам именно из Борбонской цитадели магических наук.
После этого монах надолго замолчал.
Наша стройная колонна выползла на опушку леса, и вдали, за большим нескошенным полем, показались крыши какого-то небольшого селения. Монах, прервав на секунду свои размышления, поднял голову и как-то задумчиво произнес:
– А вот и Приют Единоверца. Здесь мы заночуем.
– Так вроде бы еще не поздно. – Я огляделся, лишний раз убеждаясь, что местное зеленое светило стоит еще достаточно высоко.
Монах бросил на меня быстрый взгляд из темноты низко опущенного капюшона и произнес странную фразу:
– У нас иногда быстро темнеет…
– А… Ну тогда конечно… – ответил я столь же маловразумительно.
Наша милая, нешумная компания продолжала все той же неспешной рысью продвигаться по направлению к населенному пункту с несколько экзотическим названием. Крыши, крытые частично дранкой, а частично соломой, постепенно подрастали, показывая, что Приют Единоверца – довольно большое село.
– А что, – позволил я себе прервать размышления, в которые был погружен мой провожатый, – в этом населенном пункте есть сельпо?
– Кто есть? – с подозрением переспросил монах.
– Так у вас что же, на селе и потребкооперации нет? – начал я втаптывать в грязь представителя местной администрации. – Как же ваше сельское население существует? И где утомленный дорогой путник может пополнить свой запас провизии?
На этот раз я, похоже, смог удивить даже монахова осла. Во всяком случае, он встал на месте безо всякой команды со стороны хозяина. А хозяин, в свою очередь, почесал свой капюшон и попросил: