В процессе нанесения макияжа женщина вдруг остановилась и внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале, - и зачем я это делаю? – Как будто отражение в зеркале жило своей, отдельной от нее самой жизнью. И вдруг оно заговорило с ней, - Потому, что без краски ты будешь выглядеть как сумасшедший лунатик. Что скажут твои пациенты, когда увидят тебя в таком виде? Гаррет удивленно вздернула бровь, усмехнулась и показала отражению язык, - ладно, хорошо! – Она продолжила отрывисто наносить макияж, - но мне это не нравится! Женщина на самом деле начала переживать, так как очевидно, что у нее начались галлюцинации, что подтверждало необходимость сна. Она вновь посмотрела на свое отражение, оценивая потраченные усилия. Все было не так уж и плохо, по крайней мере, она стала похожа на человека. – Довольна? – спросила она свое отражение. Не дождавшись ответа, Гаррет развернулась, выключила свет и вышла. Начинался ее новый день.
Перед дверью она остановилась. Пробежавшись по списку необходимого ей в ближайшие 36 часов, хирург проверила, все ли собрано. – Ежедневник, туалетные принадлежности, смена одежды, деньги, ключи от машины, ключи от дома, пейджер, бэджик. Все, проверила! – она вздохнула, - теперь все, что мне нужно, так то, чтобы в мою смену не случилось ничего такого, - Гаррет скрестила пальцы. Сев в машину, женщина посмотрела на пурпурные краски неба. – О, Боже, похоже, назревает буря. Вот тебе и хороший день!
Дневная смена травмы уже давно начала получать сведения о пациентах отделения скорой помощи, когда вдруг запищал пейджер. Со вздохом облегчения Роузи передала его Стиву, - и вот еще твой отчет о пациенте. Он был моим единственным прошлой ночью, - она улыбнулась и пошла прочь.
- Внимание, травма! ДТА. Женщина въехала на автомобиле в столб. Жалобы на затрудненное дыхание. Ориентировочное время прибытия через четыре минуты.
Стив закрыл глаза, бормоча, - да, это будет один из тех дней. – Его взгляд перешел на доску с именами врачей, чтобы посмотреть, с кем сегодня придется работать. – Доктор Триволи? Тогда все не так уж плохо.
Роузи ждала подругу, чтобы закончить передачу информации медсестре из новой смены, когда увидела краем глаза какую-то чрезмерную активность возле стола. В центре всего возвышался Йен Маккормик. Он пытался пробиться через толпу персонала. Не выдержав, мужчина поднял руки вверх. – Пожалуйста, разойдитесь! – он был весь красный от напряжения. Словно по мановению волшебной палочки, люди расступились, открывая ему свободный путь по коридору.
Увидев, что его слова услышаны, он засмущался и робко продолжил свой путь дальше. Оглядевшись, Маккормик быстро нашел взглядом доктора Триволи.
Открылась дверь, и высокий хирург вышла в коридор. Ее присутствие сразу ощутили все. Йен внимательно смотрел на нее, пока женщина шла в его сторону. Он немного нервничал и вытирал лысую голову платком, думая о том, как же поразительно красива эта высокая черноволосая женщина, и какой она при этом великолепный хирург. Ей определенно не обязательно быть чьей-то «маленькой подружкой», чтобы чувствовать себя хорошо. Мужчина задумался о своих бывших женщинах. Никто из них не был даже приблизительно похож на Гаррет, никто не был такой же сильной и самодостаточной. Они смотрели на него с восхищением как на великого и всезнающего доктора. Правда, все это происходило до разрыва. Мужчина задумался о трех своих неудачных браках, которые отражались на его финансовом состоянии бесчисленным количеством чеков на алименты. Единственное, за что он был благодарен своим женам, так это за сына, который проживал с его третьей бывшей супругой в Нью-Джерси, и за дочь Элейн, которая уже училась в колледже во Флориде. Маккормик был горд, что дочь пошла по его стопам, несмотря на то, что он никогда не принимал активного участия в ее жизни.
Он вспомнил о своей первой жене, которая была нежной и хрупкой до той самой ночи, пока не застала его в кабинете с другой женщиной. Она собрала вещи и забрала дочь прежде, чем он вернулся со злополучной смены. Может быть, если бы он был другим, то не потерпел бы трехкратную неудачу в любви. Мы должны учиться на ошибках, и только сейчас Йен осознал, что каждый его брак был ничем иным, как ошибкой. Ему нужна была женщина, которую не интересовали бы серьезные отношения или у которой не было времени на то, чтобы беспокоиться об изменах партнера. Он задумался о Гаррет. - Была ли она в личной жизни такая же, как на работе? - Глаза блеснули восторгом в ответ на эту мысль. Мужчина поклялся себе, что обязательно выяснит это.
Триволи прошла мимо него и подошла к стойке со спецодеждой, надев специальный фартук. Кокетливо улыбнувшись коллеге, она сказала, - смотрю, сегодня вы намного быстрее, доктор Маккормик. - Она отрегулировала фартук по фигуре.
Йен склонил голову в ее сторону и слегка улыбнулся. – Мне нравится получать максимальный эффект от прилагаемых усилий. Иногда это означает, скорректировать эти усилия. – Он посмотрел, как она надела халат и сунула руки в карманы. – Может, мы могли бы обсудить это за обедом…
Женщина посмотрела в ответ, вздернув бровь, все еще пряча руки в карманах. Она открыла рот, чтобы произнести что-нибудь в ответ, но в этот момент снова зарычал громкоговоритель. – Может, в другой раз, сейчас я немного занята.
Он понял, что своей улыбкой она замаскировала отказ. Маккормик был очарован ловкими и быстрыми движениями хирурга. На секунду он представил, каково это, почувствовать эти руки у себя на теле. Мужчина огляделся вокруг, опасаясь, что кто-нибудь заметил его улыбку, но, к
счастью, персонал травмы был полностью занят прибывшим пациентом.
Стив тер глаза, с трудом вникая в бумаги, которые лежали перед ним на столе. Была всего лишь середина дня, а ему казалось, что он провел в отделении травмы несколько дней. Постоянная очередь травмированных пациентов вызвала усталость и наложила свой отпечаток на его самочувствие. Он был рад, что его смена закончилась, и остаток дня он проведет, расслабляясь. Медбрат посмотрел на высокую женщину, прислонившуюся к стене невдалеке от него. Ее телу просто необходима была опора, иначе она просто валилась с ног. Она замечала каждого пациента, которым занимался Стив, а также всех других, о которых заботились четыре остальные сестры.
Он хотел предложить ей свою помощь, так как заметил, что Гаррет уже фактически находилась на краю. Мужчина спросил себя о том, почему она изводила себя долгими бесконечными дежурствами. Он вспомнил выражение ее лица, когда она говорила пациенту, что он поправится, и ему не о чем беспокоиться. Забота о пострадавших была движущей силой хирурга. Он восхищался ее бескорыстием, ее стремлением помочь. Женщина ставила заботу о пациенте гораздо выше собственных интересов. Стив протер глаза, чтобы закончить работу с бумагами и спокойно пойти домой. Пейджер травмы запищал прежде, чем он успел завершить все свои дела и убрать документы. Было похоже, что Бог решил сыграть с ним злую шутку. Медбрат опустил голову, глубоко вздохнул и поднялся на ноги. Подойдя к стойке с формой, он заново переоделся. Оглянувшись, он увидел рядом с собой доктора Триволи, которая протягивала руку за халатом, и произнес, – похоже, день собирается повториться. Она посмотрела на него и подняла вверх брови, - удача нам улыбается! - Она устала от недосыпа и с трудом стояла на ногах, но перспектив на отдых, судя по всему, в ближайшее время не было никаких. Именно сейчас Гаррет мечтала, чтобы ни один человек в мире не нуждался в ее услугах, ее заботе. Совершенно бездумно она надела халат и перчатки, нацепила маску в ожидании прибывающей бригады скорой помощи.
Голос из больничного рупора привел ее в чувство. Она вопросительно посмотрела на стоящего рядом медбрата. Наклонившись к хирургу, мужчина прошептал, приводя ее в чувство, - многочисленные ножевые ранения. - Она кивнула в ответ, мгновенно вспомнив, что сказал голос. Мысленно она готовила себя к изнурительной смене в операционной. Посмотрев на часы, женщина отметила, - 17.52. Впереди еще 12 часов. Сколько еще мы сможем выдержать.