«Как тут работать?! — мысленно негодовал Фиников. — Следователь процессуально независим, напоминаю вам! Нет, всем надо обязательно залезть, обязательно вмешаться. А отвечать все равно будет один следователь!»
На свой страх и риск он оставил парня под стражей еще на сутки. Но потом все равно пришлось отпустить. Тот так и не признался. А экспертиза подтвердила: кровь на футболке действительно принадлежит ему. Следов чужой крови на одежде задержанного не обнаружено.
— Мамаша замыла. — Гордиенко рубил наотмашь рукой воздух. — Она все следы уничтожила. Своего выблюдка покрывает. Я это чую. Надо их еще раз хорошенько потрясти.
— Пошел на хрен, — не выдержал Дмитрий. — Мне и так за тебя влетело. Будут конкретные улики, тогда и приходи.
Каждый день Фиников бодро докладывал областному прокурору о ходе расследования. Тот поначалу хвалил. Но время шло, и прокурор начинал хмуриться. А дело вдруг застопорилось.
— Сколько ты еще будешь копаться? — ворчал начальник отдела.
— Еще не получены результаты всех экспертиз. — Фиников старался излучать оптимизм и уверенность в себе.
— Ты что, до конца века намерен возиться?
Упреки, по мнению Дмитрия, были несправедливые. Вряд ли кто-нибудь другой на его месте смог сделать больше. Ну разве он был виноват, что все ниточки обрывались одна за другой?
Вместе с начальником следственного отдела ФСБ и капитаном Дочкиным, они начертили уже массу схем.
— Два варианта: либо Шилкин сам взял пистолет, чтобы защититься, — говорил начальник следственного отдела. — И тогда его как-то выхватили. Либо взял кто-то из сотрудников, чтобы убить Шилкина.
— Вряд ли кто-то из своих, — произнес Дочкин. — Скорее всего, сам взял.
— Почему он тогда в трусах был? Когда приходил кто-то чужой, Шилкин всегда одевался и лишь потом открывал. Значит, в тот раз открыл своему…
— Составьте список, с кем он дружил, с кем был близок в подразделении, — сказал Фиников. — И подготовьте психологические портреты на каждого.
Вскоре после этого Дмитрию позвонил полковник Гордиенко и предложил встретиться на нейтральной территории. Следователь удивился, но согласился.
— В сквере возле дома Советов через пятнадцать минут, — сказал Гордиенко.
— Что это еще за прятки такие, — проворчал про себя Дмитрий.
Полковник подобрал его на своей машине.
— Есть очень важный разговор, я не мог при этих, — пояснил он. — Скоро сам поймешь. Ты, кстати, обедал?
— Нет.
— Заодно и пообедаем.
Они спустились в небольшой подвальчик, где располагалось кафе.
— К чему такие предосторожности? Ты бы еще пароль назначил да шляпу с усами нацепил. Не проще ли было в твоем кабинете встретиться?
— Береженого Бог бережет, сейчас сам поймешь.
Официант, не спрашивая, накрыл на стол. Видимо, полковника здесь знали. Вместе с тарелкой дымящегося азу поставили пузатый графинчик.
— Этого не надо, — сказал Дмитрий.
— Возможно, потребуется, когда узнаешь, что я собираюсь рассказать.
— Давай быстрей, не тяни.
— Похоже, этот Шилкин в такое г… вляпался…
— Можно предположить. — Фиников усмехнулся. Подумал, что быть убитым — это и есть вляпаться в дерьмо. Точнее — самая крайняя форма вляпывания в дерьмо.
— Ты что-то знаешь? — Гордиенко внимательно посмотрел на следователя.
— А что я, по-твоему, должен знать? Говори, там решим.
— Возможно, его свои же и подставили. Может, даже сами и грохнули. Ты слышал, недавно двух жмуриков без голов под мостом выловили?
— Смутно. По-моему, это городская прокуратура расследует.
— Да. Но мы установили их: оба осетины из бригады Черного Серго.
— Ну и что? Какое это имеет отношение к нашему делу?
Фиников пожал плечами. О бригаде Черного Серго слышали, наверное, почти все в Оренбурге. Эта группировка, состоявшая из кавказцев (в основном осетинов, чеченцев и ингушей) одно время держала в страхе всех коммерсантов города. Потом вроде бы попритихла, ее вытеснили славянские бандиты (а тех стала потихоньку прессовать «красная крыша»), А Черный Серго куда-то исчез из города. Фиников слышал, что он дружил с какими-то известными чеченскими полевыми командирами, часто бывал в Грузии в Панкисском ущелье. Но официально считался добропорядочным бизнесменом. Однако основной его бизнес был — торговля паленой водкой.
— Перед смертью осетины приходили к Игорю Шилкину, брату убитого. У братьев с ними были общие дела.
— И? — Фиников вопросительно посмотрел на сыщика, требуя продолжения.