— А других фотографий у вас нет? — поинтересовался Андрей, еще не теряя надежды.
— Надо дома посмотреть.
— Давайте съездим.
— Вы поедете ко мне домой? — В ее глазах мелькнула радостная искорка.
— Почему бы и нет?
Они вышли вместе. В автобусе почти не разговаривали.
«Вот это настоящая работа, настоящее расследование! — радостно думал Андрей. — Я еду тем же маршрутом, засекаю время. Проверю, господа следователи, все ли вы там правильно рассчитали? Я крут! Никто из журналистов не проводит такие расследования! Друзья, учитесь! Хватит сидеть на месте, ждать, пока принесут папки с готовыми делами! Поднимайте задницы! Все в поле! Все в сад! Работайте!!! Нет, я действительно крут! Это будет потрясающая статья. Мне заплатят повышенный гонорар. Конечно, телевидение заинтересуется этим делом. Меня станут везде приглашать. Я буду давать интервью: отчего же не давать? Выведу на чистую воду всех этих следователей. Черт, женщина, что вы толкаетесь? Куда лезете со своими сумками?! Ваше счастье, что я интеллигентный человек. Ну, проходи же, проходи, не стой, мать твою, как корова. Сказать ей, что ли? О, наконец-то пролезла. На чем я остановился? На повышенном гонораре. За фотографии, интересно, тоже по высшей ставке заплатят? Кстати, чуть не забыл: надо где-нибудь здесь сфотографироваться. Только вид хороший подыскать. По-моему, подходящего места я нигде не видел. Что за город такой: никакой изюминки… Как они здесь живут?»
А у Татьяны впервые за последнее время в душе затеплилось что-то радостное. Визит журналиста из Москвы казался сказкой. Она не верила до самого последнего момента, что это правда. Когда адвокат позвонила ей и сказала про Ветрова, Татьяна долго переспрашивала: «Это с какой газеты? Точно из Москвы приехал? Вы все правильно поняли? Может, здешний какой-то? Как, еще раз скажите, газета называется?» И все-таки она пулей собралась и прибежала на встречу.
По дороге у нее возникло еще одно сомнение: а может, журналист приехал клеймить ее мужа? Вдруг статью кто-то заказал? Или газете захотелось горяченького? А тут такое дело: офицер ФСБ убил друга… Настоящая сенсация! Ведь не просто же так журналист приехал из самой Москвы!
Поначалу Татьяна смотрела на Ветрова настороженно. Тем более что он выглядел эдаким франтом с косичкой и в шелковом кашне. Да еще пялился на нее, как зевака на пожаре. Но потом она увидела, что парень-то неплохой. Держался просто и доброжелательно. Без высокомерия. Было видно, что всей душой хотел помочь. Вот и сейчас ехал в автобусе весь погруженный в себя.
«Может, уже статью сочиняет», — подумала она. И еще ей понравилось, как спокойно отреагировал Ветров, когда какая-то наглая тетка с баулами, ругаясь, стала расталкивать пассажиров. Кто-то кричал ей в ответ, а журналист лишь посторонился с непроницаемым видом.
«Какой он спокойный и уверенный, — отметила Татьяна. — Неужели правда поможет?» Ее сердце сладко затрепетало.
За этими мыслями она чуть не пропустила нужную остановку. Но вовремя опомнилась и осторожно коснулась рукава журналиста.
— Нам здесь выходить, — робко сказала Татьяна.
— Хорошо. — Ветров наклонился и выглянул в окно. Потом направился к выходу.
— Вот здесь жили Шилкины. — Она показала на панельную пятиэтажку, стоявшую через дорогу. — А вот по этому пустырю, как считает Фиников, шел мой муж.
Татьяна махнула рукой в противоположном направлении. Собственно говоря, на той стороне, где находился пустырь, они и стояли. Хотя пустырем это назвать было трудно. Сразу возле дороги начинались торговые ряды. Чуть дальше металлическая сетка ограждала автомобильную площадку. А вдали шумела еще одна дорога.
— Разве это пустырь? — удивился Ветров.
— В том году здесь ничего не было, — ответила Татьяна. — Только перепаханное поле. Говорят, убийца пересек его и выбросил пистолет уже возле той дороги. Хотя мог выбросить в любом месте.
— Он был взбудоражен после убийства, — задумчиво произнес Ветров. — Может, шел и ничего не понимал: как в тумане. Он же совершил страшное дело. А дошел до той дороги, выбросил пистолет и уехал.
— Только Геннадий не мог оттуда уехать. Там ходит коммерческий автобус. А у него не было с собой денег. Он же ездил бесплатно, как военный. Бесплатный автобус только здесь останавливается.