— Просто песня, а не статья. — Ветров потер руки. — Хоть бери и слизывай всю.
— Отлично! Звони ему.
— Легко сказать… — Ветров стал искать его координаты. Нашел номер института имени Вавилова.
— Лев Зиновьевич в командировке в США, будет через четыре месяца, — сообщили в институте.
— А как же быть? Может, нам сможет кто-то еще помочь? — Андрей обрисовал ситуацию.
— Нет, вам нужен только Лев Зиновьевич, — ответила сотрудница института. — Это его тема. Он давно ею занимается.
— Но мы не можем ждать. Нельзя ли как-нибудь с ним связаться?
— Попробуйте по электронной почте. Он ее регулярно просматривает.
Сотрудница продиктовала адрес. Ветров уже видел его в Интернете, но сомневался: стоит ли писать? Вдруг человек давно не пользуется этим почтовым ящиком?
— Шансов мало, но попробую, — сказал Андрей, отправляя электронное письмо.
В это время Азарова стала созваниваться со знакомыми. Разговор неизменно начинался на какие-то общие темы. Но потом, как бы между делом, она вворачивала: у нас, кстати, есть интересное дело… И в подробностях выкладывала историю Куравлева.
«Зачем она это делает?» — удивился Ветров. Выяснилось, что все просто. Знакомые, которым звонила Азарова, оказались юристами. Среди них были и чекисты, и судьи, и прокуроры. Как бывшие, так и настоящие.
Ее собеседники конечно же проявляли живой интерес. Многие соглашались прийти и посмотреть.
— Мы с тобой не юристы, — пояснила она Ветрову. — А нам важно мнение профессионалов. Они увидят такое, чего не заметили мы.
«Лишним не будет, — мысленно согласился Ветров. Хотя ему казалось, что им и так все ясно и понятно. А лучшее — всегда враг хорошего. Но все же пусть и она поработает. Ведь две фамилии будем ставить…»
В это время Ветрову позвонил дежурный редактор номера.
— Там заместитель генерального прокурора выступил с громким заявлением. У нас на это совещание пошла стажерка, думали, официоз будет, скука. А тут такое важное заявление. Нужен весомый комментарий. Она не справится. Придется взяться тебе. Напиши заметку в номер. Сто строк.
— Уже пишу, — ответил Ветров, раскрывая свободной рукой записную книжку.
Он нашел страницу, где записаны телефонные номера Генеральной прокуратуры. Одновременно Андрей просмотрел информационные ленты. Через минуту он уже знал больше, чем если бы лично присутствовал на совещании.
Накануне один известный российский миллиардер имел неосторожность купить хоккейный клуб НХЛ. Разразился громкий скандал.
— У нас что, своих клубов нет? — в ярости кричал премьер-министр на заседании правительства. — Нам свой хоккей надо поднимать! Сборная никак не может чемпионат мира выиграть! СКА из Санкт-Петербурга на грани банкротства! Лучше бы он СКА купил! Нам что здесь, деньги не нужны? Очень нужны! Особенно хоккеистам! А некоторые тут наворовали, понимаешь, в свое время. Теперь бегут из страны, поджав хвосты! Надо еще разобраться, где и когда он заработал столько денег!
В тот же вечер миллиардер заявил, мол, деньги его личные, как хочет, так и тратит. И вообще он их не украл, а заработал. Так что дело государственных чиновников — за порядком в стране следить! А не в чужих карманах копаться! Поэтому, чтобы государственные мужи не забывали о гражданских свободах, он начинает финансирование демократической оппозиции. Лучше бы промолчал, честное слово!
Уже утром на банальном, казалось бы, совещании прокурорских работников первый заместитель генерального прокурора махал кулаком и брызгал слюной. Цвет лица у него был точь-в-точь, как ранее у премьер-министра. Вначале нежно-розовый, потом становился ближе к кроваво-алому.
— Мы установили, что в девяносто пятом-девяносто седьмом годах известный российский миллиардер, купивший недавно хоккейный клуб НХЛ, укрыл от налогов три миллиарда долларов! По сути, он их украл! У всех нас украл: у пенсионеров, у медсестер, у учителей! На эти деньги можно было заплатить пенсии сорока миллионам пенсионеров! Скажите мне, на что им жить?
В голосе круглолицего чиновника звучала боль за пенсионеров. Казалось: вот он, человек, ночами не спит, за неимущих переживает.
— Что же получается, у кого-то нет денег на хлеб, а кто-то покупает хоккейные клубы! — продолжал греметь прокурор. — Вы посмотрите, что творится: дети нюхают клей! Школьницы выходят на панель! И все из-за того, что кто-то не платит налоги!