— Предпочитаешь услышать, что ты подурнела?
— Ради Христа…
— Красивая еврейская девушка не должна так говорить. Она в смятении подняла руку. Он холодно повторил:
— Положи руки на стол.
Эрика повиновалась. Ее грудь взволнованно вздымалась.
— Это ведь не совпадение. Ты не случайно пришел именно сюда.
— Я шел за тобой от самого дома.
— Зачем? Мог бы зайти ко мне.
— И обнаружить соседку по комнате или еще кого-нибудь, кто только и ждет, когда я свяжусь с тобой? — Он отрицательно покачал головой. — Я решил, лучше встретиться на нейтральной территории. Почему меня ищут?
Эрика удивленно нахмурилась.
— А ты не знаешь? Из-за Бангкока. Крис нарушил соглашение. — Она говорила тихим напряженным голосом. Шум, доносившийся с кухни, заглушал его, так что другие посетители не могли разобрать слов.
— Но Бангкок был после. Какое это имеет отношение ко мне?
— После чего? Я тебя не понимаю.
— Расскажи подробнее.
— Крис убил русского. КГБ требует применить против него санкции. По условиям соглашения другие разведслужбы должны оказывать содействие.
— Знаю. Но какое это имеет отношение ко мне? Атлантик-Сити был до Бангкока.
— О чем ты говоришь? Пять дней назад мы получили сообщение от вашего управления об аннулировании контракта. Криса видели в Колорадо. В сообщении говорилось, что ты помогал ему. Для ЦРУ ты предатель, и они требуют ликвидировать тебя вместе с Крисом.
Сола осенила догадка:
— Элиот.
— Ради Бога, скажи мне, что… — начала Эрика, встревоженно оглядываясь. Ее слова неожиданно привлекли внимание посетителей за соседними столиками.
— Мы не можем здесь разговаривать.
— Тогда где?
2
Сол стоял в темной Комнате и смотрел в окно на далекие огни памятника Вашингтону.
— Неплохое местечко ты выбрала, — заметил он.
— Всего в десяти кварталах от нашего посольства, — раздался позади голос Эрики.
Сола не волновал вид из окна. В окно он смотрел, чтобы проверить Эрику. Он настороженно ждал, когда она сделает попытку убить его. Этого не произошло, и Сол с облегчением задвинул шторы и включил лампу в углу, установив ее так, чтобы тень его или Эрики не падала на штору.
Сол одобрительно кивнул, оглядывая гостиную: тщательно подобранная обстановка отличалась простотой и элегантностью. Он уже успел осмотреть кухню и ванную. Как Эрика и сказала, не было ни соседки, ни засады.
— А микрофоны? — поинтересовался он.
— Я проверяла сегодня утром, — успокоила его Эрика.
— А сейчас уже вечер. — Сол включил телевизор, но не для того, чтобы заглушить разговор — ему нужен был постоянный источник звука. На кухне он заметил переносной радиоприемник. Он принес его в гостиную и, включив, настроил на средние частоты. Разделив комнату на сектора, Сол начал медленно вращать ручку настройки и обследовать каждый сектор отдельно в поисках “жучков”. Скрытые микрофоны, как правило, работали на средних частотах в том диапазоне, который не использовала радиостанция в данной местности. Организовать прослушивание несложно: нужно лишь занять удобную позицию в безопасном месте поблизости, настроить радиоприемник на выбранный диапазон средних частот и слушать все, что говорится в помещении, где установлен микрофон. Подобным образом Сол мог с помощью приемника перехватить сообщения в том же диапазоне частот. Если, вращая ручку настройки, он услышит в приемнике звук телевизионной передачи — то есть обратную связь, — он будет знать наверняка, что комната прослушивается. Сол внимательно осмотрел потолок, стены, мебель и пол. Удовлетворившись результатами осмотра, выключил телевизор и радиоприемник. В комнате воцарилась неестественная тишина.
— Соглашение? — переспросил он, словно их разговор в ресторане не прерывался. — Только по этой причине ваши люди охотятся за мной? Потому что я помогаю Крису?
— А почему же еще? — Эрика встревоженно подняла брови. — Мы очень не любим помогать русским, но необходимо соблюдать условия соглашения. Это основной принцип нашей деятельности. Если его нарушить, мы все погрузимся в хаос.
— Значит, будь у тебя возможность, ты бы убила меня? Меня, человека одной с тобой крови, к тому же своего бывшего любовника?
Эрика ничего не ответила. Она сняла куртку. Две верхних пуговицы блузки расстегнулись под натиском ее пышной груди.
— Ты дал мне такую возможность несколько минут назад, когда смотрел в окно. Но я ею не воспользовалась.
— Ты знала, что я сделал это специально, чтобы проверить, как ты себя поведешь.
Она усмехнулась. В ее глазах блеснули веселые искорки, и он усмехнулся в ответ. Сол чувствовал, что его влечет к ней так же, как и десять лет назад. Ему захотелось расспросить Эрику о ее жизни, о том, что произошло с ней со времени их последней встречи.
Но пришлось заглушить этот порыв. Он не мог никому доверять, кроме брата.
— Как бы то ни было, Крис уже там. И если бы ты убила меня…
— Я полагаю, ты работаешь с напарником. Он выследил бы меня и отомстил. Глупо пытаться убрать тебя одного. Уж если убивать, то вас обоих.
— Но, может быть, тебе повезет. У меня нет на это времени. Мне нужны ответы. Элиот охотится за мной, но не из-за Криса. Элиот выдумал этот предлог. Черт возьми, он попросил Криса разыскать меня уже после того, как Крис нарушил соглашение.
— Это безумие.
— Конечно. — Сол недовольно покачал головой. — Если бы русские узнали, что Элиот просил Криса о помощи вместо того, чтобы убить его, они бы потребовали новых санкций. Элиот рисковал жизнью, пытаясь найти меня.
— Почему?
— Чтобы убить меня.
— Ты думаешь, я этому поверю? Элиот тебе как отец! Сол потер лоб — его мучила головная боль.
— Все упирается во что-то более важное, чем его отношения со мной, даже более важное, чем соглашение, — настолько важное, что он вынужден от меня избавиться. Но, черт побери, я не знаю, что это. Потому я и пришел к тебе.
— Откуда мне…
— Атлантик-Сити. До того, как Крис нарушил соглашение. Уже тогда за мной охотились агенты Моссада. Я вынужден предположить, что ваши люди помогали Элиоту.
— Это невозможно.
— Еще как возможно! Так оно и было. Глаза Эрики сверкнули.
— Если бы мы помогали Элиоту, я бы знала об этом. Многое изменилось с тех пор, как мы виделись в последний раз. Считается, что я служащая нашего посольства, а на самом деле я полковник Моссада. Я контролирую деятельность наших разведывательных групп на восточном побережье. Без моего одобрения никто из наших людей не смеет покушаться на твою жизнь.
— Значит тот, кто приказал убить меня, либо лгал тебе, либо скрыл от тебя этот приказ. Кто-то в Моссаде работает на Элиота. Эрика продолжала пристально смотреть на него.
— Не могу в это поверить! Но если то, что ты говоришь, правда… — Она содрогнулась, протестующе подняв руки. — Подожди минуточку, бессмысленно спорить с тобой, когда я даже не знаю деталей. Расскажи мне обо всем. Конкретно, что произошло?
Сол тяжело опустился на стул.
— Десять дней назад Элиот поручил мне выполнять одну работу. Это связано с фондом “Парадигма”. Эрика изумленно раскрыла глаза.
— Это же группа Эндрю Сейджа, друга президента. Так это твоих рук дело? Президент во всем винит нас!
— Почему? — удивился Сол.
— Фонд “Парадигма” работал на президента. Это группа американских миллиардеров, которые вели переговоры с арабами о поставке более дешевой нефти, если Министерство иностранных дел перестанет поддерживать Израиль. Президент считает, что наша организация уничтожила этот фонд, защищая интересы Израиля.
— И сорвал переговоры, — добавил Сол. — На этот раз президент рассуждал логически.
— Продолжай. Что же произошло?
— Ты хочешь сказать, что мне наконец удалось завладеть твоим вниманием? Теперь понимаешь, в чем дело? Если вы поможете мне, вы тем самым поможете себе.