Норки! Конечно же, искаженные Смертью и колдовством адептов Темного Братства потомки мелких водяных и сухопутных хищников. Снабженные перепонками лапы позволяют им прекрасно плавать по поверхности и преодолевать значительные расстояния в толще воды. Похоже, командир экспедиционных сил Зеленого Круга, не удовлетворенный результатами разведки, совершенной Людьми-росомахами, направил вперед отряд боевых пловцов. Метс, несмотря на всю ненависть, каковую испытывал с самого раннего детства ко всем слугам Нечистого, восхитился осторожностью и продуманностью действий вражьего командующего.
«Ну почему, спрашивается, талантливые люди сознательно служат Злу?» Вельд повернул голову к атвианскому разведчику, но в этот раз не стал ругать и кидаться шишками, а лишь поднял глаза в небеса, словно бы отвечая на мысленный вопрос фразой типа «на все божья воля» или «злые дела суть результат попустительства высших сил». Следопыт хмыкнул и вновь сосредоточился на наблюдении за рекой.
Вскоре показалась в воде еще одна голова, и еще. Они плыли слишком далеко от берега, где находились дозорные, чтобы метс мог достать их из лука, даже если бы он оказался под рукой.
«Эти твари выберутся из-под воды на причалы, смешавшись с толпой трупоедов, разнюхают, что происходит в крепости и вернутся назад. А то и уволокут с собой какого-нибудь бедолагу. Нужно что-то придумать. Можешь не говорить, а думать, я и иир’ова поймем. Поблизости я не чувствую колдунов Нечистого, а вот уши у его лемутов прекрасные», — раздался в голове Кена голос эливенера. Метс начал лихорадочно соображать. Зажечь сигнальный факел? Но это лишь укажет основным силам врага точное местоположение дозора и ничего не подскажет Глиссу. Ополченцы будут ожидать лодку и подвергнутся атаке из-под воды. Примитивная система сигналов связи, придуманная старостой, сразу же дала сбой.
«Наш мохнатый друг в воду не полезет, он ее побаивается. Ты станешь в реке уязвимым и вряд ли справишься с тремя-четырьмя норками в их родной стихии. Да и вообще, еще через некоторое время их будет не догнать», — помог эливенер.
«А если размахнуться и швырнуть в реку палку, потом еще и еще? Они выберутся на берег, чтобы посмотреть…» Кену самому идея показалась решительно примитивной, так что отец Вельд решил не отвечать ему. Разумеется, пара-тройка лемутов выберется на берег, и придется принять бой. А какие гарантии, что одна из них не повернет к основным силам Нечистого, а другая не продолжит заплыв к Мертвой Балке?
Ментальное молчание прервал эливенер. Наверное, он отвечал иир’ова — метс уловил лишь самый хвост их краткого безмолвного общения.
«…конечно, я чувствую присутствие маленького снапера на дне, и гигантского сома под утонувшим деревом прямо под ними. Но Нечистый, в лапах которого я столь долго находился, лишил меня на время, а может и навсегда, возможности управлять многими животными».
«Значит, кто-то из нас останется здесь, а кто-то побежит к крепости наперегонки с норками», — подумал метс.
«Ничего лучше не придумать», — пришел ответ. В следующий миг иир’ова пополз в чащу. Он двигался удивительно плавно, стелясь по жухлой листве, словно змея. Кену показалось, что союзник просто растворился в чаще, словно лесной призрак.
Они продолжили наблюдение за рекой. Норки исчезли вдали, и метс с сомнением покачал головой. Ему казалось маловероятным, что иир’ова успеет оповестить Глисса, но эливенер прошептал убежденным голосом:
— Дети Ветра двигаются быстрее испуганного бафера, мальчик мой. Вопрос не в том, успеет Ирм домчаться в гавань, или не успеет. Сомнительно, что ополченцам удастся замаскироваться или выманить норок из воды и уничтожить. Думаю, количество нашего отряда и его расположение так или иначе будет вскрыто.
Метс впервые услышал имя мохнатого союзника и само название его народа, и постарался запомнить. Внезапно эливенер недовольно нахмурил брови и засопел. В голове северянина послышался его неуверенный голос:
«Что-то остановило норок… что-то большое, я чувствую их страх даже сквозь ментальную защиту, которую создают голубые ошейники… еще что-то движется на противоположном берегу, прямо напротив нас… а вот и Нечистый…»
Метс принялся шарить глазами по воде, забыв, что эливенер пользуется не своими старческими глазами, а внутренним зрением и слухом. Вельд почувствовал приближение лодки врага еще до того, как она вынырнула из-за поворота реки, и стала видна невооруженным глазом.