Оказавшись перед дубовой дверью генеральского кабинета Живунцов оправил пиджак, и глубоко вздохнув, постучал.
Выждав положенные пять секунд, он приоткрыл дверь заглянул внутрь.
- Разрешите, Михаил Сергеевич?
Хозяин кабинета, пожилой мужчина лет шестидесяти, заседавший в высоком кожаном кресле, и читавший распечатку какого-то документа, бросил на визитера короткий взгляд, после чего коротко бросил:
- Разрешаю.
Подполковник проскользнул внутрь, беззвучно притворив за собой дверь, после чего встал в двух метрах перед столом генерала, ожидая пока тот закончит чтение и обратит на него свое внимание.
Воронцов еще некоторое время изучал распечатку, после чего отложив бумагу в сторону сконцентрировал свой задумчивый взгляд на Живунцове, словно что то решая, а за тем задал вполне ожидаемый подполковником вопрос.
- Ну и как это понимать?
Живунцов вновь глубоко вдохнул, но все же нашел в себе силы поднять глаза и встретиться взглядом с суровым взором генерала.
- Операция прошла успешно. Поставленная задача выполнена, координатор захвачен, и сейчас его допрашивают. Он уже слил нам массу ценной информации и благодаря этому мы сможем... - начал было отчитываться Живунцов однако генерал не дал ему закончить.
- Я читал отчет. - прервал он подполковника. - Можешь мне его не пересказывать... Сейчас я веду речь о другом! И ты прекрасно понимаешь, ЧТО я имею ввиду... Ты ведь поймаешь?
Живунцов все же опустил взгляд.
- Так точно, понимаю товарищ генерал... - произнес он упавшим голосом.
- Понимает он... Видишь какой понятливый! А как это могло произойти ты понимаешь?
Генерал не поднимал голоса, однако его слова заставил подполковника еще больше сникнуть.
- Как могло случиться так, что выполнив задание, твой агент вместо того что бы дождаться эвакуационную группу, вдруг самовольно выдумывает себе новое, и не согласовав его с Центром бросается его выполнять! Ты осознаешь, что это ставит под вопрос его благонадежность, а между прочим именно ты за него поручился, так что в случае каких либо последствий отвечать придется так же и тебе!
- Я это всецело осознаю. - кивнул подполковник. - Однако в его защиту хочу сказать, что уверен, действия агента "Ахиллес" были вызваны исключительно тем, что операция пошла по незапланированному сценарию, и то что он сделал является лишь вынужденной импровизацией. В конце концов именно благодаря ему мы смогли захватить координатора, причем сделать это значительно быстрей чем планировалось.
- И значительно грязней! - едко добавил генерал.
- Это были вынужденные действия. По какой-то пока что нам не известной причине агент был раскрыты... Над ним нависла угроза, и он принял меры.
- Меры он принял... - проворчал генерал. - Четыре трупа с огнестрельными ранениями в перевернутой машине! Хорошенькие меры!
Воронцов собрал в стопку листы распечатки, и встав из за стола подошел к большему как холодильник сейфу.
- А кто же виноват в том что ему пришлось принимать эти меры? - спросил он Живунцова попутно набирая пароль на клавиатуре кодового замка.
- Именно сейчас мы и пытаемся это выяснить. Как только причина будет обнаружена мы...
- Я не спрашиваю тебя о причинах. Я спрашиваю тебя о том кто виновен в том что эти причины не смог предусмотреть. А виноваты в этом те, кто должен был обеспечивать ему оперативное прикрытие, а так же кто разрабатывал и контролировал ход операции в целом.
Отворив дверь сейфа генерал убрал в него бумаги, после чего снова запер, взглянул на Живунцова.
- А кто у нас руководил всем ходом операции, не напомнишь?
- Я товарищ генерал...
- Вот именно. Ты! Поэтому не нужно меня тыкать в то, что пошедшая через задницу операция закончилась положительно и гораздо раньше запланированного, потому что это чистой воды везение! А везение штука такая, сегодня есть а завтра нет! И планировать что либо полагаясь на везение, мы себе позволить не можем! Я понятно изъясняюсь?
- Так точно товарищ генерал... Понятно...
- Это я тебе говорю, чтобы ты понимал, почему я не спешу тебя хвалить за успешный захват координатора. Твоей заслуги в этом нет. Благодари Бога за то что все именно так обернулось, иначе у нас с тобой был бы уже дугой разговор.
В ответ на это замечание Живунцов предпочел промолчать, хотя по его лицу было видно на сколько слова Воронцова его задели.
- И еще. Скажи спасибо, что я тебе это высказываю здесь с глазу на глаз, хотя мог бы сделать это на совещании в присутствии других глав отделов. Или ты с чем то не согласен?