- Зачем, Клу? Я же тебя другом считал, - Пак сразу же пересадил вержа себе на плечо и без всяких церемоний выхватил сумочку у Фредди и влез внутрь.
- Хочу гульнуть напоследок! Сам же слышал, таким, как я, нет прохода на Серебряный поезд!
- Мало ли вариантов, мы ещё не всё обдумали, - земпри нагло выгребал все из сумочки и пихал содержимое в руки Фредди, пока не добрался до клыка. Тот Пак сразу же устроил в свой внутренний карман. - Подумаешь, отказали один раз в продаже билета, сдаваться рано.
- Тебе легко говорить, а мне, может, неделя осталась! Хотел гульнуть с размахом: снять номер с большой кроватью, девочек подороже…
- Вина напёрсток и огромный яркий бант. Привязать его к твоей ноге, чтобы девочки не потеряли клиента ненароком.
- Эй, свинство шутить над ростом друга!
- Свинство травить друга, до сих пор в голове шумит.
Пак в самом деле потер виски, затем схватил Фредди за руку и потащил дальше, к стоянке такси. Его ладонь тоже казалась холодной, а на лбу собрались мелкие капли пота. И сам земпри выглядел плохо, побледнел, а губы окрасились синевой, точно от света тех ламп. Но здесь горели обычные желтоватые фонари, это не могло бы обманом зрения.
А что если лекарство до сих пор действует? А если Паку станет плохо? А вдруг Фредди и Клу непоправимо угробили его здоровье? Правда, характер его испортился задолго до этого.
- И капнули тебе всего ничего, даже странно, что так быстро вырубился, - бубнел Клу, - я, знаешь, ли хотел проверить, дойдет ли у вас с доньей до горизонтальных объятий, ну ты понимаешь?
- Ах ты… - у Фредди не находилось приличных слов, а влепить пощечину такой крохе точно бы не вышло. - Ни до чего бы у нас не дошло с этим… Земпри. И не выйдет! Я купила билеты, особенные, с правительственной меткой. Сможете уехать куда угодно. Завтра же!
- Нет, - Пак остановился и обернулся прямо к ней. - Не уеду из города, пока не пристрою тебя в надежные руки. Ладно, Клу, он сама магия, не может усидеть на месте, но ты! Отец-Защитник, Фредди, зачем ты пошла в игорный дом? Одна! Спятила, да? Знаешь, что происходит с благородными девицами в “веселом” квартале?
- Да! - подхватил Клу. - Нет, сам-то он вряд ли знает, но я знаю и ничего хорошего в этом нет!
Пак тяжело вздохнул, приложил руку к сердцу и остановился. Играет, чтобы разжалобить и заставить Фредди чувствовать свою вину. Но потом земпри привалился спиной к стене, вытер со лба пот, закрыл глаза и повалился на мостовую. Фредди подскочила к нему, попыталась поднять или растормошить, но ничего не выходило. Пак слишком большой, его не сдвинуть с места. А до ближайшей городской больницы пару кварталов, если Фредди правильно помнила карту.
- Здесь полицейский участок за углом, - рявкнул на ухо Клу, - беги давай, там всегда сидит дежурный медик.
Фредерика еще раз проверила пульс у Пака, потом повернула его на бок и побежала, следуя указаниям вержа. Отец-Защитник, за что ей это все? Только бы выбраться из этой передряги, только бы с Паком все было нормально, Фредди навсегда завяжет с попытками усыпить или отравить кого-то! Семь лет в поселении на севере - и это минимальный срок за непредумышленное убийство.
А еще она не могла представить, как будет возвращаться из университета и снова сама потащит сумки. Как будет приходить в пустой дом и слушать тысячи матушкиных жалоб и пожеланий, как никто не станет слушать жалобы самой Фредерики и спорить с ней. Если исчезнет Пак - исчезнет и единственный человек во всем Эбердинге, которому было дело до Фредерики Алварес.
Сколько она бежала? Минуты три, а сердце уже не справлялось с перекачиванием крови, каблуки норовили отвалиться, а в правом боку закололо. Давненько Фредди не занималась и успела подрастерять форму. Даже охранявший вход в полицейский участок верж посторонился, затем протянул ей бутылку с водой. Фредерика поблагодарила, перевела дыхание и спокойно вошла внутрь. Не хватало еще, чтобы ее задержали как нарушительницу, тогда Паку точно никто не поможет.
- Чем я могу помочь, свогор? - обратился к ней дежурный.
- Мне нужен медик, срочно! - проговорила она, сцепив пальцы прямо перед окошком.
- Обратитесь в больницу.
- Плохо моему… мужу. Сердце. Пока врачи доберутся, он уже погибнет. Прошу. Я заплачу.
Она в самом деле вытащила из кошелька купюру покрупнее, но дежурный только покачал головой:
- Нет, свогор, ничем не можем помочь. Если только наш Густаво вдруг не решит немного прогуляться и случайно не наткнется на вашего супруга. Густав?
Он чуть обернулся и крикнул кому-то, прячущемуся в темном коридоре сбоку. Оттуда неспешно вышел высокий мужчина, тощий, но с неестественным брюшком. Он сально оглядел Фредди, купюру, которую она все еще теребила в руке и покачал головой.