Сначала отчего-то поколебавшись, бармен все же принял презент.
– Есть вариант получше, – опустошив кружку, сообщил он, уставившись хитрыми глазками мне в переносицу. – К чему вам, господин хороший, конкурент в моем лице? Покупайте это заведение, и вся недолга. Сын давно в Челябинск к себе зовет. И я наконец решился. Дорого не запрошу...
Верный своему принципу брать быка за рога, я тут же предложил хозяину десять миллионов за переоформление бара на мое имя. В конце концов сошлись на тринадцати.
Бюрократическая волокита у юристов и в мэрии заняла весь день, и то только потому, что мне известен их заветный пароль: «Не подмажешь – не поедешь».
Став полноправным владельцем заведения, приступа восторга почему-то не испытал, а наоборот, расстроился, так как запоздало вспомнил, что обещал Лене навестить ее вокзальный «комок».
По складу характера из двух пословиц: «Точность – вежливость королей» и «Обещанного три года ждут» – мне ближе первая. Но уже наступил промозглый осенний вечер, ехать было бессмысленно – киоск наверняка прекратил функционировать.
Посему, прихватив мальчиков, направился не на железку, а в ближайший приличный ресторан «У Миши», радовавший глаз «новых русских» пошловатой помпезностью в виде двух декоративных колонн у входа. Правда, кухня оказалась на высоте, а цены вполне приемлемыми.
На другой день всей группой прибыли на вокзал. Оставив машину на стоянке у гостиницы, занялись розыском Лениной коммерческой точки.
Она оказалась в полусотне шагов от черного зева подземного перехода, среди десятка таких же металлических близнецов. В крохотное окошко мне немного смущенно, но явно радостно улыбалась Лена.
– Натуральный бункер! – похвалил я, для верности подергав массивные решетки, надежно закрывавшие стеклянную мини-витрину.
– Мой «стечкин» прошьет его насквозь, – заметил Цыпа, измерив пальцем толщину перегородки.
– Надеюсь, местной шпане подобная артиллерия не по карману. – Я подмигнул Лене. – Сударыня, проявите милосердие и впустите честных гангстеров погреться.
Еле втиснулись в коробку киоска, габаритами напоминавшую мне «стакан» – тюремный пенал, где «спецконтингент», стоя, ожидает вызова на допрос. За неимением стульев расселись на тарных ящиках с водкой.
Лена гостеприимно распечатала литровую емкость «Смирновской». Пили, как бродяги, без церемоний – из горлышка, пустив бутылку по кругу.
– Как торговлишка идет? Не худо, вижу? – поинтересовался у Лены, успевавшей и с нами общаться, и отпускать товар покупателям.
– Место бойкое, – немного замялась Лена. – Думаю, месяца за два долг смогу тебе вернуть. Даже с процентами.
– Да я совсем не к тому! – возмущение мое было искренним. – Деньги не к спеху. Отдашь, когда в силах будешь. Скажем, через полгода. И никаких процентов!
– За полгода всякое может случиться! – Лена как-то странно взглянула мне в глаза, передернув плечами. – Вчера от Александра два гаврика приходили. Сюда. Потребовали десять процентов от выручки. В толк не возьму – как узнали?!
– Это просто. Либо следили, либо случайно засекли – третьего не дано. И что ты?
– Я ведь тебя ждала, сказала, что вечером отвечу. А когда поняла, что не придешь, подрядила за пятьдесят тысяч ребят каких-то, и они отметелили вымогателей. Те еле ноги унесли.
– Рискованное мероприятие... Надо было согласиться для вида и ждать нас. – Я озабоченно задумался. – Ладно. Черт с ними. Сегодня-завтра мы с Вороном разберемся... А ты возвращайся-ка лучше домой и сделай себе каникулы на несколько дней. Дверь никому не открывай.
– Вот еще! И не подумаю! – лицо Лены раскраснелось то ли от водки, то ли от волнения. – Ничего Александр мне сделать не посмеет. Десять лет на него горбатилась – хватит, ни рубля больше с меня ему не отломится!
– Ну-ну, малышка! Не пори горячку. Лучше перестраховаться. – Я встал с импровизированного стула. – У нас дельце в гостинице, а ты пока успокойся и запирай лавочку. Через пяток минут встретимся на автостоянке. Подбросим тебя до дома.
Петровича искать не понадобилось – он дисциплинированно сидел в номере и смотрел телевизор.
Я бросил ему на колени связку ключей.
– Записывай адрес своих владений... Ремонт кой-какой учини, вывеску закажи, обнови мебель. Сам прикинь, что нужно. Бочки будут с пивзавода завозить – складируй в подсобке. Все усек?
– Что на вывеске изобразить? – по-деловому стал уточнять Петрович. – И «капуста» потребуется.
– Само собой. – Я выдал старику пачку денег. – Надеюсь, за недельку управишься, а то пиво закиснет, не дай Бог. Название пусть будет «Только для двоечников». Люблю потаенный смысл – мы же все прошли Екатеринбургский лагерь номер два... Нет возражений?