– Не гони лошадей! – осадил я неугомонную прыть молодого соратника. – Сперва нужно хорошенько разобраться, что к чему и что почем! И вообще – не лезь поперед батьки в пекло! Петрович, твой кадр с плоской спиной сейчас здесь?
– Угу. В зале. Минут десять назад видал его за столиком у окна. Всего с одной кружкой сидит, пройдоха!
– Лады. Скоро наверняка новую закажет. Организуй-ка ему в пойло нашего фирменного «лекарства». Среднюю дозу. Тогда все и выясним до самого донышка. Действуй!
– Понял тебя, – усмехнулся управляющий. – Сбацаю в лучшем виде, даже не сомневайся! – и мигом исчез за дверью.
Вскоре вернулся обратно в кабинет. Плюхнувшись на диван, хитро подмигнул мне, хихикнув:
– Все на мази, Михалыч! Ты как в воду глядел – заказал гад вторую кружку! Через четверть часа отключится, никуда не денется. Все будет в елочку!
Закурив, я засек время на наручном «Ролексе» и, когда истек положенный срок, добавил к нему еще пяток минут для верности.
– Все, пора! Мальчики, составьте добрую компанию типу у окна. Ему, боюсь, что-то дурно стало. Выведите по-хорошему на воздух, прислоните куда-нибудь. Все карманные вещи клиента чтоб через минуту у меня тут оказались! Дерзайте! Петрович, покажи ребятам «объект», а то перепутают еще ненароком.
Насчет минуты я, конечно, просто для понта загнул. Мальчики появились, как я и предполагал, превысив данный им временной лимит раз в пять-шесть.
Не торопясь, я тщательно-придирчиво изучил принесенную добычу. Она состояла из потертого кожаного портмоне, тупорылого пистолета Макарова и «корочек» с эмблемой герба Российской Федерации. Особо пристальное внимание уделил, ясно, ментовскому удостоверению личности. Разглядывал его чисто профессионально. Но напрасно старался. Фактура, краска, оттиск, бумага и печать точно соответствовали подлинным.
Из документа следовало, что капитан милиции Пилипчук является участковым инспектором района, на территории которого расположено и мое питейное заведение. Ничего опасного, по-моему. Этот тип явно не по нашу душу сюда пожаловал. Даже стало где-то жаль чуток бедолагу – за утерю табельного оружия и служебного удостоверения его наверняка из органов выпрут. Не посмотрят ведь и на прошлые заслуги, если таковые, конечно, имеются. Достаточно и так пострадает мужик за свою любовь к пиву – «мочить» его совсем не обязательно. И слава Богу, мы же нормальные «деловые», а не головорезы какие-то.
Неожиданная мысль вызвала на моих губах улыбку. С детства неравнодушен к пословицам и поговоркам. Лагерный афоризм «Сегодня кент, а завтра мент» можно рассматривать под углом другого: «От перемены мест слагаемых сумма не меняется». В таком случае вполне правомерно поменять местами слова, и получится: «Сегодня мент, а завтра кент».
Пожалуй, есть смысл проверить народившуюся идею на жизнеспособность. Чем черт не шутит. Все возможно в нашем подлунном мире. «Свой» участковый инспектор неплохо впишется в структуру фирмы. Будет даже полезен. Если взять его в оборот грамотно, без особого нажима.
– Где клиента оставили? Он в порядке?
– Все по уму! Отвели на соседнюю улицу, – доложил Киса. – Как ты велел, прислонили к какой-то чугунной ограде. Гарантирую – он все еще там с ней обнимается. Что с ним сделать?
– Ничего. Пусть продолжает свое интимное общение с чугунной леди, извращенец! – усмехнулся я. – Через пару часиков «приколюсь» с ним за жизнь. К тому времени, наверно, боле-мене очухается и приканает сюда на поиски своих причиндалов. Короче, дальше с Пилипчуком работаю лично. Думаю, он в нашей колоде пригодится.
– Козырной «шестеркой»! – весело подыграл мне Киса, явно восхищенный хитромудростью своего шефа.
– Будет бубновым валетом! – решил не отставать от приятеля в юморе Цыпа.
На блатном языке «валет» означает никчемного, глупого человека. Лоха то бишь. То есть даже значительно ниже слуги, которого, как известно, обычно именуют «шестеркой».
В портмоне ничего любопытного не обнаружилось. Сорок тысяч рублей мелкими купюрами, несколько трамвайных абонементов, один жетон на метро – вот и все богатство. Валюта отсутствовала напрочь. Ни одного доллара, ни одной дойчмарки. Мент, безусловно, не сын миллионера, что нам весьма на руку.
Организмы у людей сильно отличаются друг от друга. Поэтому отправил Цыпу в зал «пасти» инспектора заранее. Судя по фотоморде, Пилипчук весил никак не меньше восьмидесяти пяти килограммов. В таком внушительном объеме наше «лекарство» могло бесследно раствориться значительно раньше положенного времени.
Мое предположение подтвердилось – не прошло и полутора часов, как Цыпа сообщил о появлении капитана в заведении.