– Делал по утряне обход владений, вдруг гляжу: валяешься ты, мил человек, на дорожке в луже крови, а рядом разбитая трехлитровая банка – тоже вся в кровище! По пьянке сверзся ты, мужик, прям на ее острые стеклянные края, выходит. Но повезло! Яремную жилу не зацепило, поверху шаркнуло. Вот ведь до чего водка нашего брата довести может! Ты что ж ночью-то на кладбище удумал попереться? За каким лешим?
– Не помню, – хмуро буркнул Церковник. – Случайно вроде забрел. Сильно выпимши был.
– Ну да, ну да! Я так и уразумел – разило от тебя перегаром, мил человек, как от бочки винной! Хе-хе! Не переживай – дело житейское, со всяким могет случиться!
На третий день Церковник покинул холостяцкое жилище веселого сторожа городского погоста, отблагодарив за лечение двумя червонцами – последними своими деньгами.
Все ж не утерпел, навестил часовню на прощание. Подергал запертый «амбарный» замок на кованых дверях, долго всматривался в подслеповатое зарешеченное оконце, не обращая внимания на подозрительно косящихся на него прохожих. Внутри часовни никакого трона с рогатым истуканом не наблюдалось, как и икон со злыми ликами. «Доски» на обшарпанных стенах вообще начисто отсутствовали...
– С тех пор я потерял всякий интерес к профессии! – закончил рассказ старый рецидивист, незаметно успев прикончить уже полбутылки «Смирновской». – Переквалифицировался! Занялся налетами на магазины!..
– Кучерявая история, развлек ты меня, Петрович, как книжка «Влюбленный дьявол». Но хитер, брат, не в меру! Зубы мне заговаривал, а сам тем временем чуть ли не всю бутыль ухайдакал! – Я решительно взял литровую емкость со стола и спрятал в холодильник. – Завязывай разлагаться! Или с Могильщика пример вздумал брать?
– Ни на децал я не выдумал, Евген! Гадом буду! – обиженно стал оправдываться Петрович, с явным сожалением глядя в свой безнадежно пустой стакан.
Но разжалобить меня старику так и не удалось. Не то чтобы я гранитно тверд – просто ребята вскоре нарисовались, вытеснив своим появлением вопрос о початой бутылке из повестки дня.
Сообщение, что Вадим находится на положенном месте, трезв, а хибара для него почти уже построена, привело меня если не в восторг, то в хорошее расположение духа уж точно. Люблю, в натуре, когда события развиваются в полном соответствии с моими планами, без неприятных «сюрпризов».
Глава 6
Зато на следующий день «сюрпризов» хватало, даже с излишком.
Добирался до родного заведения на «девятке» Цыпы. Пикап Александра у моего подъезда отсутствовал почему-то. Небось обижается вояка, что я долго молчу насчет его просьбы о полугодовом жалованье. И таким наивно-незамысловатым способом намекает о своем недовольстве. Глупый солдафон в таком случае.
Когда откупорили по традиционной «утренней» банке пива, в кабинете Петровича наконец появился Александр.
– А я всегда думал, что в нашей доблестной армии люди очень ответственные и дисциплинированные, – заметил я, отхлебывая пенной ледяной жидкости и подмигивая ребятам.
Киса с Цыпой заулыбались, весьма довольные шпилькой в адрес не любимого ими офицера-водилы.
– У меня уважительная причина, – как-то странно полуулыбнулся Александр, по-свойски присаживаясь к столу.
– Какая? – полюбопытствовал я. – А, догадался! Будильник запамятовал с вечера завести? Верно?
– Пальцем в небо, Евгений Михайлович! – не принял моей шутки майор. – У меня была встреча с владельцем «тридцать первой» «волжанки». Мотор в полном порядке, а пробег всего двенадцать тысяч километров. Новенькая машина практически. В общем, ударили с продавцом по рукам. Так что к концу этой недели мне необходимо получить от вас недостающую сумму. Сущие пустяки – восемь миллионов.
Я чуть не поперхнулся пивом от такого неслыханного нахальства.
– Почему ты вдруг решил, что я согласен на эту дурацкую сделку? Меня твой «жигуль» вполне даже устраивает! Снобизмом не страдаю, как некоторые знакомые офицеры ВДВ!
– Вы неправильно поняли, Евгений Михайлович! – прищурил свои серо-голубые глаза Александр. – Я деньги прошу не в долг, а в качестве скромного вознаграждения за оказанную вам услугу... Так как сберег ваши одиннадцать тысяч баксов, то вправе, по-моему, рассчитывать на небольшую благодарность. Материальную. В виде восьми всего-то «лимонов».
– Как так? – тупо спросил я, хоть потихоньку начал уже просекать, где собака зарыта.
– Вам теперь нет необходимости салон «Аполлон» выкупать. Вчера вечером там второй «несчастный» случай произошел. Но на этот раз без вашего непосредственного участия... Когда мы с Пустовитом выходили из салона, он нечаянно споткнулся и грохнулся о край бетонного крыльца. Головой. Летальный исход...