– И ты готов жениться на этом усатом басистом гренадере?
– А что? Меня ее усики, если откровенно, даже возбуждают. А все остальное у Гульнары такое же, как и у всех.
– На вкус и цвет товарищей нет, – усмехнулся я. – Лады. Согласен. Отпустим живым. Попытай радости постоянных семейных свар и передряг. Потом расскажешь. Вместе посмеемся. Кстати, имей в виду, она тебя ревновать будет даже к замочной скважине!.. Ха-ха!
– Это уже мои личные проблемы, – нахмурился Карат. – Значит, верняк, отпустишь после ликвида?
– Да ради Бога. Я не возражаю и ребятам цынкану, чтоб не трогали. А как же воровской закон – не жениться?
– А я вроде тебя, Монах, – ухмыльнулся Карат, – беспределыцик... С первым автобусом двигать?
– Ладно. Действуй, молодожен!
Как говорил известный философ Ницше: «Идя к женщине, возьми с собой плеть».
Но все течет, все изменяется. Даже философия. Изречение мудрого немца явно и безнадежно устарело. В наше время на свидание с женщиной надо брать с собой веник цветов, либо, на худой конец, зеленую бумаженцию с изображением Президента США. Результат значительно эффективнее. Особенно у нас в России.
За отсутствием в деревне цветочного магазина по дороге в «Теремок» нарвал целую охапку пахучих полевых цветов. Насколько разбираюсь в людях – презент в виде долларов Вика швырнула бы мне в физиономию, восприняв как прямое оскорбление.
Правда, надо будет обязательно подарить ей что-нибудь ценное – как бы между делом, не акцентируя внимания. За незабываемо-сказочные минуты интимности.
Сегодня настроение Вики значительно улучшилось. Она даже одарила меня благодарно-обольстительной улыбкой, ставя цветы в трехлитровую банку с водой.
В силу своей врожденной самоуверенности я воспринял эту улыбку многообещающей...
– Твоя любимая «Плакучая ива» готовит явную халтуру, – забросил я пробный шар. – Подозреваю, что армяне скрытые националисты и спецом травят русских клиентов. Есть ценное предложение – махнем в какое-нибудь приличное заведение Сысерти. Устроим, как выражаются в некоторых местах, праздник живота. Прости за невольную пошлость. Кстати, а где Гульнара?
– Прочесывает деревню, – улыбнулась блондинка. – Разыскивает своего ненаглядного Николая.
– Вот и ладушки. Хоть не будет портить нам аппетит своими усами. Ну, едем?
– А на чем? На лошадках? Здесь ведь такси днем с огнем не найдешь, – засомневалась непрактичная Вика.
– Пустяки. На дороге левака возьмем.
– Ну, хорошо. Подожди минуточку в коридоре. Я переоденусь.
Выйдя в коридор, закурил. Странные создания эти женщины. Вчера я ее видел и имел во всех видах и позах, а нынче она стесняется чего-то!..
Как я и предвидел, первый же автомобилист, узрев у меня в руке пятидесятитысячную купюру, гостеприимно распахнул дверцу.
До маленького городишки Сысерть ехали всего около четверти часа. Отпустив машину, прошлись в поисках чревоугодного заведения по главной городской улице, все еще, по вечному российскому разгильдяйству, носящей имя Ленина. Набрели на ресторанчик с громким названием «Золотое руно».
Заведение было всего на дюжину столиков. Да и те пустовали. У эстрады вольготно разместилась тройка ребят в кожанках. Явно – здешняя «крыша», то бишь местная банда рэкетиров, контролирующая коммерческие точки района.
Полупьяный молодой официант с наглой холуйской рожей подошел к нашему столику только через десять минут.
– Что будем заказывать? – широко зевая, равнодушно спросил он, даже из приличия не прикрыв пасть рукой.
– Холодные закуски. Салат из креветок. Балычок, бутылку итальянского шампанского, фруктов и, будьте любезны, украсьте стол вазой с цветами. И побыстрей, мальчик! Дама не любит ждать!
– Цветов не держим, – заявил официант, поджав губы, и удалился с видом оскорбленного достоинства.
– Сменяли шило на мыло – «Плакучая ива» ничем не хуже этой забегаловки, – я не сдержал досадливого раздражения.
– Женя, а ты и вправду литератор? – спросила Вика, видно, желая сменить тему и утихомирить закипавшую во мне злобу.
– Естественно! – Я постарался улыбнуться. – Могу писать на любую тему. Как говорил Чехов: «Покажите мне любой предмет, и я тут же сочиню рассказ». Кажется, ему тогда, шутки ради, дали выеденное яйцо. И он ведь написал!
– Правда? – изумилась Вика. – А давай проверим! Видишь на мне подвеску из нефрита? Сочини чего-нибудь. Сентиментальное, если можно.