На развилке пришлось сбавить скорость — чуть ли не десятиметровый участок трассы оказался под дымящейся грязно-мутной водой. Опять, видно, где-то прорвало трубу теплоцентрали. Не мудрено — подземные коммуникации вконец проржавели, а денег на их замену у города нет. Впрочем, как и во всех других местах в обворованной нуворишами России. Не реформы по стране гордо шествуют, а беспредел и бардак, ставшие уже нормой жизни.
Неожиданно для себя Вадим вдруг вспомнил Ивана — слесаря из ЖЭКа. В сильном подпитии тот как-то хвастался, что имеет крупные связи в среде блатных уголовников.
Возможно, сантехник не врал, и тогда стоит к нему обратиться за помощью. Чем черт не шутит, пока Бог спит. Авось, сведет с нужными людишками, и те отгородят Вадима от необоснованных наездов портовой шпаны? Есть смысл попробовать. Верно говорится: на безрыбье и рак — рыба. Других вариантов все равно нет, то бишь.
Поставив машину в железный гараж у своей пятиэтажной "хрущевки", Вадим направился по известному ему адресу сантехника, благоразумно не забыв прихватить по пути в магазине бутылку портвейна "две семерки" — горячо и беззаветно любимого Иваном напитка.
Поднявшись на нужный этаж, Вадим вдавил кнопку дверного электрозвонка. Ему открыла Ольга — безропотная, навсегда уставшая от жизненных невзгод женщина, давно смирившаяся со своей тяжкой участью жены алкоголика.
Иван был дома. Расположившись в крохотной кухоньке их однокомнатной квартиры, хмуро мастерил низкий стульчик — явно для малыша.
Узрев в руках гостя чудесную стеклянную емкость со светло-коричневой жидкостью, хозяин заметно оживился и отложил плотницкий инструмент на подоконник.
— Ты чего, Вадик, все еще свою лицензию индивидуала обмываешь? — высказал догадку Иван, укоризненно-радостно качая лохматой головой. — Кажись, уже вторая неделя пошла. Ну, ты даешь!
— Да нет, — поморщился от такого унизительного предположения гость. — Я с того раза капли в рот не брал.
— Ну-ну, — явно не поверил в подобную неслыханную трезвость хозяин квартиры. — А сегодня решил размочить?
— По делу я пришел. Но дело не простое — без бутылки не разобраться, как говорится.
— Ясно, — ухмыльнулся Иван. — Побольше бы таких дел, и серая жизнь махом превратится в сказочный праздник. Как разбираться будем? Стаканами или рюмашками?
— Как хочешь. Мне все едино, — вяло отозвался Вадим, начиная подозревать, что совершенно напрасно сюда приперся. Толку не будет. Зря последние деньги на винный "пузырек" издержал.
Не дожидаясь мужниных распоряжений, Ольга быстро приготовила на газовой плите обычную "дежурную" закуску — яичницу с ломтиками "докторской" колбасы и, не поднимая глаз, молча удалилась в комнату, скромно прикрыв за собою дверь.
Намахнув по полстакана янтарного напитка, приятели жадно задымили сигаретами, игнорируя сковородку с аппетитно дымящейся яичницей. Иван после первой дозы спиртного никогда не закусывал из принципа, а Вадим о еде даже помыслить не мог — голова была занята неожиданными личными неприятностями в виде портовой шпаны, обложившей его рэкетирским оброком.
— Ну и что у тебя за дело? — благодушно полюбопытствовал Иван, чувствуя, как чудодейственные алкогольные молекулы бодрости активно всасываются в кровь, заметно оживляя ее циркуляцию по организму.
— Ты, помнится, однажды говорил, что имеешь тесные связи с братвой? Это правда? — Вадим испытующе вглядывался в глаза собутыльника.
— С уголовниками, что ли? — почему-то хохотнув, уточнил сантехник. — Имею. И даже не просто тесные, а самые что ни на есть родственные! Двоюродный брательник моей Ольги — прожженный бандюга. Клейма ставить негде. Ей-богу не вру! А зачем тебе эта ржавая погань, уголовники? Гангстером решил заделаться? Хо-хо!
— Не пори ерунду, Ваня! Я с тобой на полном серьезе говорю. Мне необходима помощь, или хотя бы дельный совет знающего человека. Нынче в аэропорту тамошнее хулиганье безусое меня налогом обложило похлеще государственных финорганов! Надо что-то делать, не желаю я, как раб, на чужой карман горбатиться. Не на таковского напали!
— Понятно. — Иван перестал улыбаться и задумался. Видно, для улучшения мозговой деятельности тут же набулькал в граненые стаканы по новой и тяжело вздохнул — то ли потому, что в бутылке живительной влаги осталось уже меньше половины, то ли из-за трудных раздумий.
— Даже не знаю, Вадик… Конечно, залучше всего клин клином вышибать. Обратись к брату Ольги. Ежели захочет, он тебе запросто помочь сможет — все его дружки настоящие оторви да брось, зверье, одним словом.