— Ну вот и всё… — прошептал Рамир с облегчением.
Алтарь распался в вихре красного света, выбросив энергию, которая, наконец, поглотила окружающую тьму и очистила воздух. Некроманты, оставшиеся в живых, словно потеряли свою силу: они упали на колени один за другим, словно их магия вытекла задолго до того, как они осознали это.
Эдгар устало подошёл к брату, осматривая место разрушения.
— Ты цел? — спросил он, грузно опускаясь рядом и кидая взгляд на руины алтаря.
Рамир, тяжело дыша, просто кивнул. Его руки дрожали, но он всё ещё держал меч.
— Ещё один алтарь разрушен, — сказал он, глядя на небо. — Мы сделали ещё одну трещину в магической сети Вильтораса.
— Только это не даёт нам повода расслабляться, — ответил Эдгар, вытаскивая из кармана флягу и делая большой глоток. Он передал флягу брату и продолжил: — Старик говорил, что времени у нас совсем немного, прежде чем Вильторас окончательно пробудится. Мы делаем успехи, но это всё мелочи, пока мы не ударим в самое сердце.
Рамир смотрел на далёкие вершины, думая о том, сколько ещё таких алтарей остаётся. Они были на шаг впереди, но не знали, сколько ритуалов уже завершилось.
— Мы обрушим всё, что найдём, — наконец сказал он, возвращая флягу брату и поднимаясь на ноги. — Если хоть один из нас будет стоять, этого хватит, чтобы сделать последний удар.
Эдгар усмехнулся, поднимая руку и хлопнув Рамира по плечу.
— Вот потому я всегда зову тебя "главный герой". Пойдем, брат. Уничтожим эту магию, прежде чем она уничтожит нас.
Они оба знали, что следующая встреча будет ещё сложнее. С каждым разрушенным алтарём магия Вильтораса становилась менее подвластной — всё становилось хаотичнее. Где-то далеко, за горизонтом, сам Король Демонов уже ощущал, как его могущество разрастается. Его пробуждению нельзя было позволить завершиться.
И хотя братья ещё не знали, где их свяжет финальная битва, они чувствовали, что приближаются к её эпицентру.
Впереди ещё большая схватка, где жизненной силой заплатят даже сами герои.
Гром разорвал небо над Грозовыми Пиками, и воздух наполнился магической энергией, от которой волосы на руках вставали дыбом. Братья стояли на обломках последнего из разрушенных ими алтарей, ноги тонули в дымящихся руинах, но чувство победы было мимолётным, почти иллюзорным. Они почувствовали это первыми — тяжесть силы, давящей на мир. Усталость пропала, заменённая удручающим осознанием: они не успели.
— Это начало конца, — тихо произнёс Рамир, держа меч так, будто чудовища будут нападать в любую секунду. Его дыхание было тяжёлым, а на лице — смесь ярости и отчаяния. — Мы сделали всё, что могли. Но этого оказалось недостаточно.
Эдгар стоял рядом, его руки дрожали, держась за меч, который теперь казался бесполезным против той абсолютной силы, что всплывала глубоко в мирах, неизвестных простым смертным. Он посмотрел на брата, его выражение было равно ярости и страху.
— Что нам теперь делать? — прорычал он, не в силах скрывать эмоции. Его характер, суровый, как его доспехи, дал трещину. — Мы уничтожили пять, нет, шесть алтарей! И всё же это дерьмо пробудилось!
На горизонте, за мерцающим красным небом над остальными горами, широкая тёмная тень разрасталась, наполняя пространство уже не воздухом, а чем-то вязким, как смола. Тень двигалась, слизистая масса, пульсирующая от неестественного света, клубилась, как гроза, но в ней угадывались очертания чего-то чудовищного, злобного.
Это был он. Вильторас.
Мир осознавал его, как утробное пробуждение древнего зла. Каждое живое существо, от птиц в небе до людей в домах, почувствовало дрожь, исходящую из недр Грозовых Пиков. Те, кто прятался за стенами городов, не знали, что это за ужас разрывает их сердца, но страх уже начал пожирать их разумы.
Эдгар тяжело упал на колено, сжимая меч. Он не был ранен физически, но каждое мгновение нахождения возле этой сущности выжигало силы — словно само звуковое эхо Короля Демонов вытягивало желание сопротивляться.
— Нам нужно уйти, — спокойно, но настойчиво сказал Рамир, всё ещё рассматривая тёмное облако, что нарастало перед их глазами. Его лицо сохраняло свою сосредоточенность, но внутри он понимал: это не бой, который они могут выиграть. — Мы не сможем справиться с этим сейчас. Это… это за гранью того, с чем может справиться даже десяток лучших авантюристов.
— Уйти? — Эдгар поднял испепеляющий взгляд на брата, будто тот предложил самое безумное предательство. — Ты серьёзно? Мы просто уйдём? Мы бросим всех?!