Затем он увидел, как пар и дым, поднимающиеся от локомотива, начали ритмично клубиться, и понял, что он движется. Неутоленная жажда крови затуманивала его зрение, чувства притуплялись из-за голода, но даже сквозь растущее ослабление слуха он мог слышать пыхтение двигателя, выезжающего на главную магистраль.
В отчаянии он сделал шаг и тут же упал. Он попытался закричать, но его голос превратился в хрип, застрявший в горле. Позади себя он слышал, как какие—то существа - что это были за существа, он понятия не имел — приближаются. Он начал ползти, но знал, что в его нынешнем состоянии он не сможет убежать от связанной черепахи. Он был брошен, он был беспомощен, и он был обречен.
Интерлюдия
Следует отметить, что в воспоминаниях Хорста о событиях обязательно пропущены некоторые факты, которых он не знал или о которых не подозревал — как упоминалось в начале этого повествования, — но также и то, что он решил не упоминать как по соображениям краткости, так и потому, что просто не хотел о них говорить. К этой последней категории относился внутренний конфликт, который он испытывал со своей нечеловеческой стороной. Иоганн Кабал, однако, чувствовал себя как дома со своей собственной нечеловеческой стороной; более того, он был менее приветлив со своей человеческой стороной. Это дало ему определенное представление о чувствах людей с нетрадиционной моралью, и он чувствовал уклончивость своего брата на протяжении всего рассказа.
- Скажи мне, Хорст, - сказал он с нарочитой беспечностью, - как у тебя дела с вампирами в эти дни?
Хорст был нехарактерно ошарашен. В конце концов, он выдавил:
- Что ты имеешь ввиду...?"
- Я имею ввиду, что вампиры, даже те, которые были хорошими мужчинами или женщинами в своих предыдущих существованиях, не являются приятной компанией. Здесь присутствует разложение духа, по крайней мере, в подавляющем большинстве случаев. Ощущали ли вы в себе какие-либо намеки на это?"
Хорст ничего не сказал, он просто казался смущенным и избегал зрительного контакта.
- О, ради всего святого, - сказал Кабал, - мы говорим о вампиризме, а не о генитальных бородавках. Я предполагаю, что вы испытывали желание относиться к человечеству как к низкому и ненужному.
Хорст сглотнул.
- Да, - сказал он пристыженным шепотом. - Это ужасно.
- Неужели? - Кабал был искренне удивлен. - Я собирался сказать, что полностью сочувствую. Такими уже давно были мои отношения с моими собратьями-людьми. Однако я вижу, что для вас это было бы неприятно. Однако есть достаточно простое решение, хотя и требующее умственных усилий и дисциплины с вашей стороны. - Он указал на свои глаза жестом указательного и среднего пальцев. - Посмотри на меня.
Хорст повиновался, несколько подозрительно.
- Ты же не собираешься пытаться загипнотизировать меня, не так ли?
- Это скорее твоя сильная сторона, чем моя, - сказал Кабал немного многозначительно, когда Хорст понял, что его мягкие манипуляции с воспоминаниями брата на ранних стадиях его выздоровления не остались незамеченными, как Хорст надеялся. - Нет, я просто хочу вашего полного внимания. Оно у меня есть? Да? Хорошо. Тогда запомните, что я говорю, и увидите по моему лицу, что в нем нет ни притворства, ни околичностей.
- Хорст, ты хороший человек. Ты всегда был таким, и твоя душа действительно безгранична.
Хорст поморщился и перебил.
- А. Ну. Может, и нет. Было то дело с командой по лакроссу...
Теперь настала очередь Кабала поморщиться.
- Кто-нибудь пострадал?
- О нет. Ничего подобного.
- Все были счастливы?
- Я льщу себя надеждой, что да. Во всяком случае, потом все были очень милы.
- Тогда заткнись. В таком грязном и погрязшем в грехах мире, как наш, ты являешься образцом именно потому, что у тебя всегда добрые намерения.
- Иоганн, я убил человека.
- Пфффф. - Кабал выразил свое мнение об этом преступлении поджатыми губами и резким выдохом. - Человек, который только что убил одного человека у вас на глазах и собирался убить по меньшей мере еще троих, если бы вы не вмешались. Я имею в виду, Хорст... драчун-оборотень. Он сказал это со свинцовым презрением. ‘Это было убийство из милосердия. Ты хороший человек. Я видел зло. По многим показателям я и есть зло. Я знаю, как это выглядит. Вы даже не похожи. Помни это, брат. Пусть это будет твоим бастионом против импульсов, которые навязывает тебе твое положение.