Фотий согласился.
Утром его постригли в монахи, на следующий день он был поставлен чтецом, на третий стал иподьяконом, затем дьяконом, потом священником. На шестой день он был рукоположен в епископы и получил патриарший жезл.
А как выбрали его патриархом, сразу понадобился ему Константин.
Богата, сильна была хазарская страна в то время.
Занимали хазары земли на Кавказе и в Крыму, приморские степи. Славянские племена — вятичи, северяне и радимичи — платили им дань. Подчинялись и поляне с тех пор, как три легендарных брата: Кий, Щек и Хорив — построили на Днепре городище Киев.
Брат Варды стратиг Петрона помогал хазарскому царю-кагану строить на Дону крепость Саркел. Сам Фотий иногда вспоминал, что течет в нем и хазарская кровь.
Не знал хазарский каган, что страна его доживает в почете последние десятилетия.
Уже варяги и славяне — дружинники Аскольда и Дира — поселились в Киеве и освободили племя полян от дани хазарскому кагану. Теперь готовили они легкие свои корабли, чтобы двинуться по рекам за богатой добычей в хазарские земли, а потом и до самого Константинополя их корабли доплывут.
А после пойдет к Киеву дружина новгородского воеводы Олега с малолетним сыном князя Рюрика Игорем. Объединят они силы двух городов — Новгорода и Киева. Сын Игоря, князь Святослав, и разобьет хазарское царство, разгромит столицу — город Итиль, что стоял на Волге в ста километрах от Каспия.
А вскоре придут на хазарскую землю лихие половцы. А половцев развеет по свету конница хана Батыя. И не останется в мире ни одного человека, который мог бы назвать себя хазарином.
Лишь русские былины вспомнят о том, как боролись богатыри Добрыня да Илья Муромец с необыкновенным великаном козарином.
Во времена императора Феофила принял хазарский каган иудейскую веру.
Окружали его страну и мусульмане, и христиане, и язычники. Часто подступали к нему мусульманские посланники от хорезмийских шахов или сарацин и требовали:
— Прими нашу веру, а всех иноверцев гони со своей земли.
Того же требовали от кагана христиане.
Решил хазарский каган еще раз проверить, чья вера вернее. Пригласил он на диспут философов.
С этим и прибыли послы от кагана в Константинополь к патриарху Фотию, императору Михаилу и Варде.
Фотий вызвал немедленно Константина.
Братья решили поехать вместе.
В честь послов город украсили разноцветными шелками. Ювелиры выставили на витринах лучшие свои украшения.
Послов провели по роскошным палатам царского дворца.
Они приблизились к трону, и механические львы, сделанные Львом Математиком, поднялись с грозным рычанием. А потом на золотом платане пели механические птицы, каждая свою песню.
Послы были потрясены красотой и богатством палат, напуганы механическими животными.
Затем, как положено, их повели на службу в великий храм премудрости божьей, Софию, чтобы там окончательно повергнуть в благоговение перед Византией и богом, которому молился византийский народ.
Послы дивились на росписи и мозаики, высоко задирали головы. Мир внутри храма казался необъятным, уходящим в небеса.
Службу вел сам патриарх Фотий в роскошном своем патриаршем облачении. Прекрасные голоса певчих сливались в единый хор, вторили словам патриарха, и могло показаться, что это сами ангелы на небе соединились для общего пения, так сладко и восторженно звучали божественные гимны.
Послы удивлялись всему, громко цокали языками. Ни один народ так красиво не славил своего бога.
Константин тоже удивлялся. Слова молитв он знал наизусть, и ему показалось, что Фотий произносит их как-то нечетко.
Все стояли в отдалении от патриарха. Лишь несколько человек были приближены к нему, вместе с ними и Константин.
Незаметно он подошел к Фотию еще ближе. И тут ему открылось удивительное.
Вместо молитв главный священник мира Фотий быстро, скороговоркой произносил стихи, сочиненные древним Гомером.
Поэмы, созданные языческими эллинами, Фотий знал. Выучить же молитвы он так и не удосужился…
Торжественная служба продолжалась, и хазарские послы по-прежнему восторженно цокали языками.
— На днях в Хазарию мы должны направить посольство, — на другой день сказал Фотий братьям. — Сами знаете, как важно нам поддерживать дружбу с хазарами. К тому же дошли до меня сведения, что начали там притеснять христиан. Все помнят, как удачно ты, Константин, провел посольство к сарацинам, помнят и твой диспут с муллами. Посольство должен возглавить человек образованный и осторожный, умеющий побеждать в диспуте и вести важные дела. Кроме тебя, Константин, другого такого человека я не знаю.