– Ой, я? Быстрик, да я просто.… Задумался, вот и всё, прости, когда я? Точно не ушиб?
– Нет, не ушиб, благодарю за переживания, – уже немного успокоившись, ответил сокол, – случилось что?
– Да! Так, – махнул лапой Паша, – задумался, о своём.
– Хорошо, задумался, что чуть-чуть и…
– Прости, Быстрик, ты же знаешь, что я не специально. Просто пойми… эх, поругался я с братом.
– Поругался? Как? – встрепенулся соколик.
– Да, вот, – и Пашутка рассказал всё что произошло. И как он справился с людьми, и как брат его не понял, а начал воспитывать и отчитывать:
– Представляешь? Я же хотел! А он! Как будто у меня мамы нет, ещё от неё выслушать придётся, – закончил Пашутка и грузно плюхнулся на землю. Точно так же, как и Миша раньше, разве что массы в нём было больше.
Быстрик, целиком и полностью принявший сторону Мишутки, всё же понимал, что так расстроило Пашу и он попытался объяснить ему:
– Брат переживает за тебя…
– Да, зачем за меня переживать! Быстрик, и ты туда же! Ничего же не случилось! Никто ничего не понимает. Мы вот все бегаем от людей, а они же не такие страшные! – сам не ожидая от себя, крикнул он и тут же приложил лапу ко рту. Впервые он озвучил сокровенные мысли и сам испугался их.
Быстрик настороженно посмотрел на друга.
– Пойми, Паша…
– Да не хочу я ничего понимать! И так ясно всё! – вдруг разозлился он и впервые зло крикнул на Быстрика. Не долог был испуг, быстро прошёл. – Боитесь их, да было бы чего! И ты тоже, хорош сокол!
Быстрик отшатнулся, как будто получил оплеуху. Пашутка тут же пожалел о сказанном, ведь сердце его было добрым, не злым, но найти сил извиниться не смог. «Да что в самом деле со мной?!», – мелькнуло в нём. Поднявшись, он внимательно уставился себе под лапы:
– Ладно… пойду я. Маму ещё не видел. Наверное, у озера уже. Она. Пошёл.
Пашутка медленно побрёл, оставив взволнованного соколика одного, понявшего, какие смутные мысли нашли приют в его голове, заглушив дух предков.
Не прошло и нескольких минут, как появился Миша.
– Привет! – окликнул он Быстрика, сидевшего всё в той же позе, внимательно обдумывая произошедшее.
– Ах, привет. Брат твой здесь проходил. Только что. Туда ушёл.
– Я знаю, тяжело не заметить, – Миша обвёл лапами произведённые разрушения.
– Да, он рассказал мне всё, что вы поссорились…
– Поссорились? – удивился Мишутка, – так и сказал?
– Да, так и сказал, а ещё…
И Быстрик поведал обо всём, что только что произошло.
– Надо проследить за ним, чтобы не наделал глупостей каких! – воскликнул Мишутка и принялся ходить по кругу, – всё его характер! Я ведь так этого боялся! Он ведь сейчас будет нарочно искать встречи с человеком!
– Не будет, – уверенно ответил Быстрик.
– Да как же не будет! Ведь он теперь…. А!
Сокол слушал, не вмешиваясь в разгоревшиеся эмоции Миши. Лишь позволив ему выговориться, можно было надеяться, что он услышит то, что хотел сказать ему Быстрик. Вскоре эмоции улеглись. Быстрик знал, что Мишутка обладает характером более спокойным, чем его своенравный брат. И он сам спросит совета. Так и произошло.
– Что делать, Быстрик? Рассказать маме? Следить за ним, чтобы не наделал глупостей?
– Думаю, что мама сама обо всём догадается, но если спросит – не утаивай. Она переживает ещё сильнее, чем ты. Но, Миша, сейчас я хочу, чтобы ты понял. Вы оба уже не дети, но пока ещё и не совсем взрослые. Настоящая взрослость придёт с опытом. Сейчас и в тебе и твоём брате кипит энергия, которую надо куда-то деть. И в то же самое время из-за своего вспыльчивого и беспокойного, упрямого характера – Пашутка стал очень чувствительным и ни в коем случае не надо за ним следить, иначе он всё будет делать наперекор и злиться ещё сильнее. И вот тогда велик шанс, что он наделает каких-нибудь глупостей.
– Но как же! Я буду переживать! А если он уйдёт и не скажет куда?
– В таком случае надо будет довериться ему. Воспитание вам дали правильное. Вы знаете, что такое хорошо, а что плохо. Паша это знает. Просто сейчас им овладели эмоции – иногда они перехлёстывают. Надо оставить его в покое на какое-то время.
Мишутка долго молчал, собираясь с мыслями. Он услышал всё, что сказал ему Быстрик. В конце концов согласился:
– Хорошо, я постараюсь. Спасибо, Быстрик.
– Всегда не за что, мой друг, – склонив голову на бок, ответил соколик.
– Эм, кстати, прости, не поинтересовался: как у тебя прошла зима?
– Хорошо. Благодарю, я нашёл потрясающую соколиху!
И весь оставшейся путь до озера Миша с Быстриком проделали вместе. Быстрик, удобно усевшись на холке медведя, аккуратно ухватившись цепкими лапками за шерсть, в самых ярких красках описывал ту, ради которой он готов был броситься в жерло вулкана, если он вдруг разверзнется, а Мишутка внимательно, как он это умел, слушал и иногда старался не слишком громко смеяться над пылкостью влюблённого.