— Еще чего, — фыркнула я. — Я тебе слабачка что ли.
— Нет, братан, я такого не говорил, — улыбнулся Матвей.
— У меня формы нет.
— Я тебе дам нашу форму.
Оказывается, когда они рядом, перепутать их сложно. Матвей выглядит старше, и волосы у него лохматые, и улыбка какая-то особенная. Хотя про улыбку трудно сказать — Марк не улыбался вообще.
— Ладно, — выдохнула я. — Приду.
Матвей схватил печеньку и забросил в рот под равнодушный взгляд Марка.
— Пробовала? Как тебе? — спросил Матвей, жуя печенье.
— Классное, особенно с голоду… — Вот почему иногда мой язык живет своей жизнью? Еще не хватало жаловаться на голод незнакомым людям, да и вообще кому-либо.
Понимая, что этот болтун выпытает у меня всю подноготную, я отвернулась и уставилась в экран. Взяла мышку и нажала ответы, которые назвал Матвей. Правильно или нет узнаем потом, но других вариантов нет.
Мы ответили на последние вопросы, и компьютер выдал результат — 8 из 10. Четверка! Хотела поблагодарить Марка за помощь и печенье, но слова застряли в горле. Я не умела говорить «спасибо», разучилась пять лет назад. В детдоме свои правила — если тебе помогают, то ты должен что-то сделать взамен. А если ты тупо говоришь «спасибо», это означает одно — помогать в ответ не собираешься.
В детдоме никто не помогает бескорыстно. Каждое действие имеет подтекст, и нужно сто раз подумать, прежде чем принять помощь. В реальной жизни, возможно, все по-другому, но старые привычки трудно искоренить. И, сидя рядом с Марком, я уже жалела, что приняла помощь. Потом он точно использует это против меня, заставит что-нибудь делать для него.
Едва прозвенел звонок, рядом с нами оказалась Полина. Ей не понравилось, что меня поставили с Марком, и, судя по гневному взгляду, она готовилась к удару.
— Марк, пойдем перекусим в столовой? — защебетала блондинка. — Насть, пойдешь с нами? А то я слышала, твою еду кто-то выбросил.
— От себя слышала? — спокойно отреагировала я.
— Ну ладно, — она махнула рукой. — Это я была. Но я случайно. Не поняла, что за бомжатский пакет в холодильнике. Подумала, что кто-то подкинул случайно еду для тараканов.
Я сильно сжала лямку рюкзака, чтобы не ответить и не влезть в драку. Всего один выплеск эмоций, и вся моя характеристика коту под хвост. А если блондинка еще и заявит на меня, то не видать мне брата, как своих ушей.
Но как же тяжело держаться! В детдоме я бы приложила эту дуру к стенке, а сейчас… Вынуждена терпеть и молчать. Вынуждена ждать, пока она потешит свое самолюбие и свалит первой. Ради Павлика. Все ради тебя, мой милый братик.
Тупая курица! Как же я ее ненавижу! Вся такая разукрашенная, в модной одежде, к пацанам липнет. Дура бестолковая!
У меня дрожали руки от злости, от ярости, что копится внутри. Я уже представляла, как хватаю блондинку за волосы и бью лбом о парту, она визжит, просит прощения, но я беспощадна.
Мне нужен был мяч. Нужен был бег, отжимания, что угодно, чтобы совладать с собой. И я ушла. Первый раз я пожертвовала своими принципами и просто ушла. За спиной раздался смех, ноги сами остановились, но я заставила их идти. Не сейчас. Придет время, и курица ответит за все.
Я сбежала по лестнице вниз и нырнула в спортивный зал. До тренировки осталась одна пара, но я не могла на нее идти. Гнев одолевал меня, и я схватила мяч.
Я бегала до того момента, пока не выдохлась. Не понимала, сколько прошло времени, потому что вокруг ничего не существовало. И только я остановилась сделать перерыв, как встретилась со взглядом холодных черных глаз. Тимур наблюдал за мной возле двери, и я поежилась.
— Ты почему не на паре? — крикнул он.
— А почему ты следишь за мной?
Я сильно сжала мяч и подошла ближе.
— Я не следил. Пришел напомнить про поездку, а тебя не оказалось на уроке.
— Мог в группу написать, — сомневалась я.
— Завтра в десять…
— Ноль-ноль, я помню. Ни секундой позже.
Я выдержала этот колючий, ледяной взгляд исподлобья. Все братья казались мне странными, но от старшего веяло еще и опасностью. Привычка доминировать была видна невооруженным глазом, но со мной этот фокус не прокатит.
Тимур определенно другой и с Матвеем они не похожи. Одетый в черную рубашку и черные джинсы, он больше походил на бандита из боевика, чем на студента. Еще и благотворительностью занимается — ему эта роль совершенно не подходит. Таким взглядом только правду из людей выбивать, а не помощь оказывать.
— Иди, тренируйся, — разрешил Тимур.
Я не стала спорить или что-то говорить, и сразу убежала к кольцу. Тренироваться под чужим взглядом оказалось сложно, плюс сказывалась усталость. И голод никуда не делся — две маленькие печеньки, хоть и немного расправили мой сжавшийся желудок, но организм требовал нормальной еды.