За двадцать минут до окончания пары учитель оставил нас, разделив на две команды для игры в волейбол. И сначала все шло нормально, за исключением того, что Яна в моей команде играла из рук вон плохо. Она старалась, но не получалось.
Мы проигрывали, но меня это не волновало. А вот Полина жутко злилась, кидала на Яну недовольный взгляд и ворчала, перешептывалась с другими девчонками. И когда Яна снова пропустила элементарную подачу, блондинка взорвалась. Не накричала, а толкнула. Сделала это вроде не специально, если не видеть, как все произошло. А я видела. Видела, как она вроде побежала за мячом, налетела на Яну и сильно толкнула руками.
Яна полетела на пол, упала на руку, стукнулась головой и громко застонала. Я ждала настоящих мужчин в группе, но их не оказалось. Только Полинка со своими подружками ржали в стороне, тыкая пальцами.
Я помогла Яне подняться и усадила на лавочку. Она вытирала слезы и тихо благодарила меня, постоянно всхлипывая. И я сразу вспомнила брата. Тоже слабого, тоже неспособного защитить себя от таких, как Полина.
— В медпункт? Голова не кружится? — спросила я, сидя на корточках возле Яны.
— Нет, — она замотала головой. — Нормально. Спасибо.
— Сиди здесь и не вставай до конца пары, — сказала я, дождалась кивка и поднялась на ноги.
Я сделала несколько быстрых шагов к блондинке. Она стояла в окружении девчонок, и, кажется, весь ее страх передо мной куда-то делся. Я не стала вести долгие разговоры, схватила Полину за голову и наклонила так, что она почти касалась носом пола.
— Хочешь, я тоже тебя уроню? — зашипела я.
Она завизжала, попыталась вырваться, и тут на помощь ей поспешили подружки. Начали меня оттаскивать, хватать за руки, даже кто-то ударил… Потасовка была неизбежна. Вокруг собрались одногруппники и просто смотрели. Среди них не было взрослых, способных остановить это, были только вчерашние школьники, обожающие такие разборки.
Я боялась своего гнева. Боялась причинить реальный вред тем, кто пытался задеть меня. Мне не было больно, было только страшно. Я отталкивала девчонок, заламывала им руки, давала пощечину. Дралась с ними в половину силы, не рискуя применять кулаки и ноги. Надолго подружек не хватило, и я осталась с Полиной один на один. Она цеплялась за меня, царапала ногтями, пыталась даже укусить. Но мне было достаточно посильнее дернуть ее за волосы, чтобы она вскрикнула и отцепилась от меня.
— Извинись перед ней! — крикнула я. — Или я разобью тебе морду!
Полина молчала и специально злила меня.
— Я не слышу!
— Ян, прости! — пропищала блондинка, и я отпустила ее.
— Ты ненормальная, — плакала Полина, держась рукой за щеку. — Ты опасная! Тебя надо изолировать от общества!
Я медленно выпрямилась, и ее слова достигли второй больной точки. Как эта стерва умудрялась находить мои слабые места? Почему она, тупая курица, знала, куда давить, чтобы обидеть?
Она была права. Я опасна. Я ненормальная. Я не такая, как все. Я не знаю, как выживать в этом мире без драк и угроз. Я никогда не стану обычной. И брату я не смогу дать нормальную жизнь, потому что мне нечему ему учить.
От этих слов хотелось бежать и спрятаться. Я сделала шаг назад, резко развернулась и тут же влетела в Марка, едва не сбив его с ног. Его равнодушный взгляд уперся в меня, ладонь схватила мое плечо.
— Не слушай ее. Она просто дура, — тихо сказал Марк.
Я тяжело, медленно сглотнула, сделала шаг в сторону и быстрым шагом ушла в раздевалку.
Матвей
В спортзале стоял непривычный галдеж, аж закладывало уши. По расписанию — урок у первокурсников, и шум был вполне ожидаем, но не такой. Я громко свистнул, заставляя их заткнуться, пока на гул не пришел директор. Из толпы вышел младшенький и остановился передо мной с привычным ему равнодушным лицом. Я сначала машинально поискал глазами Настю, и только потом посмотрел на брата.
— Что произошло? Что за шум?
— Драка была, — безразлично сказал Марк. — Настя Полинку отмудохала.
— Что? Почему? — Я снова поискал глаза.
— Полинка Яну задирала, толкнула. Ну и получила за это.
— И ты не разнял, конечно же! — воскликнул я.
— Нет. — Марк пожал плечами. — Пусть сами разбираются.
— Никто не пострадал?
— Волосы Полинкины только, — хмыкнул Марк, впервые за много лет выдавив хоть какую-то эмоцию. — И еще пары девчонок.
— Они толпой на нее налетели?! И ты просто смотрел? Марк, да проснись ты уже! — злился я.
Младший посмотрел по сторонам, а потом сказал громким шепотом: