И только села в салон, только вдохнула запах освежителя, меня накрыло воспоминание. Теплый плед, мама во сне, рука на моей руке, взволнованные глаза вместо вечно холодного взгляда.
Пытаясь избавиться от дурацких мыслей, я уставилась в окно. Я родилась в этом городе, но за пять лет в тюрьме он сильно изменился. Выросли дома, открылись новые магазины, стало больше машин. Раньше город был тихим и спокойным, а сейчас шумный и живой. Я все пропустила. Это место стало для меня новым, незнакомым, чужим.
Когда заберу брата, мы обязательно обойдем весь город, зайдем в те места, где я была в детстве. Я помнила маленькое кафе в центре, где мама покупала вкусное мороженое в металлических пиалах. Я брала три сливочных шарика с клубничным сиропом, а мама — шоколадных. Павлик был маленьким, и ему доставался фруктовый салат. Он брал пальчиками кругляшки банана и пихал в рот, смешно причмокивая.
В окно стучали мелкие капли дождя, но в салоне было тепло. Я рискнула посмотреть на Тимура, на его задумчивый, сосредоточенный профиль. Он уставился на дорогу и был в своих мыслях. Не рвался разговаривать со мной, снова став ледяным королем. Но в таком образе он, пусть и опасный, но предсказуемый. Я больше боялась его другой стороны — заботливой. Внутри все кричало, что он делает это с какой-то своей целью, и я не должна доверять ему.
Вот с Матвеем такого нет. С ним спокойно и безопасно. Он, хоть и огонь, но не обжигающий, а согревающий. Если бы он сейчас был здесь, то наверняка шутил, веселил меня, зная, что это помогает мне. Матвей даже на парней во время тренировки ругается с юмором, чтобы не обижать. Все время придумывает смешные прозвища, издевается над ребятами, и видно, что они привыкли к этому.
Эта мысль тут же натолкнула другую: я же обещала прийти сегодня на тренировку! Матвей наверняка будет ждать… Или нет? Я не стала загоняться по этому поводу, взяла телефон и набрала ему сообщение:
Я: «Привет! Я не приду сегодня на тренировку. Меня твой брат везет в лес, он не маньяк?»
Оповещение о входящем сообщении пришло практически сразу:
Матвей: «Привет. Я бы точно с ним в лес не поехал»
Я: «Боишься?»
Матвей: «Конечно! Он же вампир! Всю кровь у меня высосал»
Я тихо хихикнула, вспомнив, что тоже сравнивала Тимура с вампиром.
Матвей: «Если что, кидайся в него лягушками, он их на дух не переносит после того, как в детстве на спор одну поцеловал»
Я не смогла сдержать смех, представляя, как Тимур целует лягушку.
Я: «Еще козыри против него будут?)) Мне нужно больше оружия»
Матвей: «На дерево лезь — ты по-любому умеешь, а он нет. Однажды залез, а слезть не смог. Пришлось МЧС вызывать, а я чуть от смеха не лопнул от его крика»
Я посмотрела на серьезного Тимура и, зная, что он был обычным ребенком, даже перестал казаться мне опасным. Он повернулся ко мне и удивленно поднял брови, не понимая причину моего веселья.
Я: «Кажется, он догадывается, над чем я смеюсь)) Что делать?»
Матвей: «Только бежать! И меня не пали, а то он про меня начнет рассказывать»
Я: «Заинтриговал!»
Матвей: «О боже, нет! (Здесь будет мой тяжелый вздох). Тимур же припишет мне даже то, чего не было. Не верь ему!»
За окном замелькали ряды высоких сосен, и почти сразу начали исчезать палочки мобильной связи на телефоне. Я с грустью наблюдала, как смартфон пытается установить соединение, как подключается к интернету и тут же снова отключается. Хотелось еще пообщаться с Матвеем, но связь была другого мнения. Я уставилась в экран на его сообщение, понимая, что ему удалось поднять мне настроение даже по переписке. Матвей стал моим личным успокоительным, он не злился в ответ на мою злость, не критиковал и не задавал лишних вопросов. Общение с ним становилось глотком свежего воздуха в плотном смоге эмоций, когда я была готова полностью развалиться и сдаться.
Я: «Мы приехали в лес. Связь фиговая здесь. Если завтра я не приду на игру, значит, твой брат и правда вампир!»
Я отправила сообщение, оно зависло в пути, но все же отправилось. Появилась галочка о доставке, и телефон замолк.
В окне бежали деревья и высокие кусты, мы ехали по неровной дороге, и машину сильно трясло. Тимур все еще молчал, и мы вернулись к тем отношениям, что у нас были изначально: холодность, игнор, безразличие. Таким, какие они и должны быть. Он не говорил про вчерашнее, ничего не спрашивал, и меня это вполне устраивало. Я бы могла сказать, что приснился плохой сон — и не соврала, и на вопросы дурацкие не нужно отвечать.