Родриго и об этом подробно поведал ему. Он когда-то смертельно оскорбил Изабеллу,занимаясь любовью с Иннес, чуть ли не на глазах у своей жены.
– Она была моей пассией. Была! – подчеркнул Кристиан . – С тех пор мои вкусы стали изысканнее. Я полюбил блондинок.
В награду за свои слова он получил вспыхнувший на щеках супруги румянец.
Ни одна женщина не останется равнодушной, если ей польстить.
Напряжение между ними возрастало с каждым мгновением, пока они, сохраняя неподвижность, стояли друг против друга.
Она спрятала внезапно вспотевшие руки в складках юбки. Его пальцы продолжали игру с ее локоном. Их дыхание сталкивалось и становилось все горячее.
– Вот ваш завтрак, патрон! Я приготовила… О, тысяча извинений! – Ангелина растерялась. Стоя в дверях с тяжелым подносом, заставленным источающими аромат кушаньями, она не решалась внести его в столовую.
Кристиан обратил на нее свою лучезарную улыбку:
– Все в порядке, Ангелина. Я изголодался по твоим великолепным бифштексам.
– Боюсь, что мясо покажется вам жилистым. Нам пришлось зарезать вчера вола, который был уже в возрасте. Хулио не смог найти ничего лучше.
В скороговорке Ангелины ощущался вполне оправданный гнев на горестные обстоятельства:
– Увы, патрон! Я уж старалась, как могла, чтобы превратить этот кусок непотребной подошвы в нечто съедобное и доставить удовольствие сеньору. Но зато у нас есть свежие перцы, и помидоры, и орешки, названные в честь Монтесумы, и когда все это запечено вместе и подано с пылу с жару, то составит приличную компанию самому тощему куску мяса. Ну а хлебушек наш превосходен, просто тает во рту.
Она приподняла руку, показывая корзинку с горячими лепешками, висевшую у нее на локте.
Кристиан с вниманием выслушал монолог возбужденной поварихи, а потом взглянул на Изабеллу:
– Хулио вчера успел мне поплакаться, но как могло получиться, что в таком обширном поместье, как наше, совсем не осталось скота?
– Я уже говорила тебе, что армия забирает для себя все, что пожелает, а остаток подбирают хуаристы. Мне удалось отогнать немного скота на дальние пастбища, но людей не хватает, чтобы о нем заботиться, – сказала Изабелла .
Кристиан в задумчивости потер подбородок:
– Я знаю, что ты уже завтракала, но, может быть, согласишься выпить со мной кофе и заодно поговорить об этих проблемах?
Он вежливо пододвинул ей стул. Ей ничего не оставалось, как покориться и занять место за столом.
Ангелина налила супругам по чашке густого крепчайшего кофе и отправилась к себе на кухню. Ник с наслаждением вдохнул аромат горячего черного напитка.
Изабелла сказала:
– Кофе уже становится редкостью. Мне говорили, что война на Юге нарушила его доставку и уничтожила почти весь прошлогодний урожай. С каждым месяцем оно дорожает. Когда наши запасы иссякнут, нам не на что будет их возобновить. Я велела Ангелине мешать кофе с цикорием, чтобы растянуть остатки.
Он отхлебнул глоток:
– Если бы ты попробовала мерзостную бурду, что пьют солдаты! То, что нам подали сейчас, я нахожу восхитительным.
В ее взгляде чувствовался неподдельный интерес.
– Война очень изменила тебя.
В ответ он сверкнул улыбкой.
– Подожди, ты еще не то увидишь… И, я надеюсь, будешь довольна.
Изабелла никак не собиралась затевать с ним долгую беседу, тем более на интимные темы. Поэтому она вновь вернулась к проблемам Гран-Сангре.
– У Хулио имеется всего лишь около десятка пастухов, кто хоть как-то способен взобраться на лошадь и управляться со стадом. Перед твоим отъездом их было около ста.
– Я постараюсь нанять кое-кого в Эрмосильо. Там всегда околачиваются оставшиеся не у дел наемники, кому заработанныенесколько песо не помешают.
– У нас нет этих песо, чтобы заплатить им, – напомнила ему она. – Разве только мы продадим кое-что из фамильных ценностей.
– Чтобы спасти Гран-Сангре мы, вероятно, так и поступим, но не сейчас. Пока мы воздержимся. Я подсобрал кое-какое золотишко за эти годы. Его немного, но для начала нам хватит.
– Могу вообразить, какими способами ты добывал свое золото, – не удержалась Изабелла от ядовитого намека.
– Нет, моя дорогая супруга! – мрачно возразил Кристиан . – Того, что на самом деле происходило, вообразить ты не сможешь. Никогда, ни в каком самом страшном сне. И я тебе не посоветовал бы и помышлять об этом, – добавил Кристиан , и она уловила некий испуг в его глазах, будто он на мгновение увидел привидение.
Оба надолго замолчали, и молчание это постепенно стало их тяготить.
Чтобы нарушить его, Изабелла заговорила первой:
– Я видела немало праздношатающихся молодых мужчин на площадях и на базарах в Эрмосильо. Вполне возможно, что они согласятся поработать на тебя. Думаю, тебе следует отправиться туда сегодня.
В его настроении мгновенно произошел перелом, словно солнце выглянуло из-за туч. Он сказал почти весело, хотя слова его никак не вязались с шутливой миной на лице:
– О да! Как ловко ты все придумала – услать меня в Эрмосильо, куда скакать два дня на хорошем жеребце, а тебя оставить тешиться одиночеством в своей спальне. Кто знает, может, счастье улыбнется, и я упаду с лошади и сломаю себе шею. Всадника на каждом шагу ждет открытая могила.
Изабелла знала эту старую поговорку и не любила ее. Она недовольно поморщилась:
– Не строй из себя героя мелодрамы, Родриго . Если весь сброд Бенито Хуареса не сладил с тобой за четыре года, то уж увеселительная прогулка в Эрмосильо никак тебе не повредит. Разве тебе не требуется слегка развеяться?
Он приложился губами к ее запястью:
– О, как нежно заботится обо мне моя жена!..
Вместо поездки в столицу штата Кристиан , сопровождаемый Хулио , направился осматривать дальние пастбища, передав Изабелле через слугу, что будет отсутствовать до конца недели.