- Какого рода помощь? - сдержанно осведомился Гримальди.
- Помнишь, я рассказывал тебе о своем брате? О том, что я встретился с ним здесь, в Париже?
- Да.
Алекс почувствовал отвращение к самому себе, словно он собирался предать Дмитрия. "Будем надеяться, что это ложная тревога, - подумал он. Будем надеяться, что Татьяна просто навыдумывала и что Дмитрий просто мелкий шпион, который оправдывает свое пребывание за границей бреднями сивой кобылы о воображаемом заговоре эмигрантов".
- Алекс? Куда ты пропал?
- Послушай, ты же работаешь с ребятами из посольства, знаешь там уйму народа. Моя подруга Татьяна...
- Твоя подруга? - в голосе Гримальди послышалось удовольствие. - Ты говорил мне, что это подружка твоего брата.
- Моя подруга Татьяна, - в раздражении повторил Алекс, - боится, что Дмитрий Морозов может попытаться причинить ей вред, и мне показалось, что она нуждается в защите.
Татьяна посмотрела на него расширенными от ужаса глазами. Где-то далеко в церкви зазвонил колокол.
- Пусть сходит в полицию, - нетерпеливо перебил Гримальди. - Какое отношение к этому может иметь посольство?
"Я не должен обвинять Дмитрия, никоим образом", - подумал Алекс, тщательно подбирая слова.
- Татьяна считает, что он может попытаться причинить ей вред при помощи советских... спецслужб. Она ошибается, я уверен, что Дмитрий не может быть замешан ни в чем противозаконном, однако просто для того, чтобы обезопасить себя, я попросил бы тебя выяснить у своих друзей в посольстве, не подозревают ли они его в какой-нибудь тайной деятельности.
- Ты хочешь сказать, есть ли на него досье? Как на агента Советов?
Алекс не ответил.
- Его фамилия Морозов, верно?
- Да, - пробормотал Алекс. - Дмитрий Морозов.
- Я узнаю, что можно сделать, - откликнулся Гримальди. - Давый пообедаем в Клозери до Лила, скажем... в половине второго.
Помолчав, он добавил:
- И еще одно - приходи один. Не стоит лишний раз беспокоить леди.
Гримальди вошел в знаменитый французский ресторан за четверть часа до назначенного времени.
- О, мосье Гримальди, вы уже здесь! - хозяин ресторана церемонно пожал ему руку и сделал знак метрдотелю, который провел его к уединенному столику в углу.
- За этим столиком сиживал мосье Эрнест Хемингуэй, - с заговорщическим видом сообщил мэтр, раскладывая сверкающие ножи и вилки.
Гримальди усмехнулся. В "Клозери" каждый столик становился столиком "мосье Хемингуэя", как только посетитель оказывался американским туристом. Истина состояла в том, что Хемингуэй предпочитал открытые веранды, однако кого теперь заботит истина?
Он поудобнее устроился на мягком стуле, заказал бокал шампанского и стал перебирать в уме свои достижения.
Его план претворялся в жизнь, и пока все шло гладко. Алекс пришел к нему за помощью, попросил защиты от своего брата. Безусловно, Гримальди не мог предвидеть появления в этой истории женщины и ее неожиданной любви к Алексу. Однако, если оба брата без памяти влюблены в одну и ту же девушку, что может быть лучше?! Через нее он гораздо скорее сможет превратить Алекса Гордона в послушное оружие, направленное против Дмитрия Морозова.
- Привет, Франко.
Гримальди поднял голову. Алекс стоял перед ним в новых джинсах, снежно-белой сорочке и щегольской светло-серой куртке. Лицо его было бледно, а на щеке виднелась свежая царапина - Алекс порезался во время бритья.
- Ты кажешься весьма обеспокоенным, - сказал Гримальди. - Как твоя Татьяна?
Алекс немного помолчал.
- Она боится, - сказал он наконец. Смуглолицая красавица испанка, сидевшая за соседним столиком, повернулась к нему и одарила его легкой улыбкой. Взгляд ее черных блестящих глаз обжигал.
- Присядь, пока сеньора тебя не изнасиловала, - предложил Гримальди. Давай сделаем заказ, потом мы сможем поговорить.
После того как они сделали заказ и Алекс пригубил из бокала свой Нюи Сен-Жорж, Гримальди наклонился к нему. Его глаза быстро обежали ресторан и остановились на лице Алекса.
- Скажи, ты... - начал Алекс нетерпеливо.
- Позволь мне сначала кое-что рассказать тебе. Ты же позвонил мне совсем не потому, что я работаю в Информационной службе США?
Алекс поколебался мгновение, затем кивнул.
- С самого начала ты заподозрил, что я связан с разведкой в большей степени, чем соглашался признать.
Алекс кивнул еще раз.
- Да. Ты рассказывал мне о своей жизни в Москве, Лондоне, Бонне... Ты выглядел слишком любопытным и хитрым, чтобы тратить свою жизнь на статейки об американской мечте. Просто я предпочел не спрашивать. К тому же мне было все равно.
- Хорошо, но я хочу быть с тобой откровенным до конца, - он внезапно замолчал. Седовласый официант принес и поставил перед Алексом блюдо копченой лососины, Гримальди получил дюжину скворчащих в чесночном масле моллюсков.
- Осторожно, они горячие, - предупредил он, наполнил их бокалы вином и исчез.
- Я работаю на ЦРУ с тех самых пор, как была образована эта контора, сообщил Гримальди, пристально вглядываясь в Алекса.
Тот вздрогнул. Его вилка застыла на полдороге ко рту, затем медленно опустилась обратно на тарелку. И наша встреча в самолете...
- ...Безусловно, не была случайной, нет. Мы знали, кто ты такой, знали что Институт Восточной Европы - это организация, под прикрытием которой орудует КГБ. Нам интересно было узнать, работаешь ли ты на них или нет.
- Замечательно, - Алекс задумчиво посмотрел на него.
- А знаешь почему? - спросил Гримальди.
Настал момент бросить первое семя на вспаханное поле.
- Мы хотели сделать тебе предложение, хотели, чтобы ты присоединился к нашей фирме. Мы очень высоко оцениваем тебя, Алекс, на сегодняшний день ты - один из лучших специалистов по Советскому Союзу.
Алекс проигнорировал намек.
- Значит, вы хотели меня проверить? И что же вы обнаружили?
Гримальди коротко рассмеялся.
- Мы обнаружили, что перед нами - честный и преданный своему делу исследователь, порядочный американский гражданин, не имеющий никакого отношения к тайным операциям КГБ. Поэтому мы задались естественным вопросом - для чего они заманили сюда приемного сына полковника НКВД Бориса Морозова? Видишь ли, - солгал Гримальди, - мы не знали, что Дмитрий Морозов твой сводный брат. Только после того, как ты рассказал мне о своей с ним встрече, я понял, что именно он стоит за всей этой историей с приглашением и грантом в Институте.