Тару она нашла прикорнувшей в кресле у камина. Растолкав помощницу, Тэй, с трудом заставляя себя не запинаться на каждом слове, изложила свою просьбу. Ей нужно было то самое зелье, о котором не следует забывать.
К счастью, Тара подобные намеки понимала с полуслова. Понятливо улыбнувшись, она вышла из комнаты, и вскоре вернулась с небольшой склянкой, полной темно-синей жидкости.
— Нужно выпить одну малую мерку, и три дня можно ничего не опасаться, — заговорщицки шепнула она. — Только больше трех раз подряд его пить нельзя. Для постоянного спокойствия есть другое. Но я так понимаю, тебе нужно срочно.
Тэйнен коротко кивнула. Обсуждать подробности действия различных зелий ей сейчас не хотелось совершенно. Может быть, потом. Когда-нибудь.
Дождавшись, когда не перестающая лукаво улыбаться Тара пожелает ей спокойной ночи и уйдет, Тэй отмерила зелье, и, зажмурившись, быстро его проглотила. На вкус жидкость оказалась совсем не противной, чуть сладковатой, с легким травяным запахом. Хотя, судя по цвету, в состав ее входили не одни только травы. Теперь можно было приступать к осуществлению задуманного.
Криан в очередной раз перевернулся в кровати, зарылся лицом в подушку и сердито засопел. Сна не было, зато нервы были на пределе.
Как и следовало ожидать, отец ни на мгновение не поверил в то, что мотивы его женитьбы на Тэйнен сугубо политические. И одно это было бы еще половиной беды, как совершеннолетний, Криан, в общем-то, имел полное право жениться на ком угодно. Даже против воли главы клана. Беда заключалась в том, что отец считал Тэй подружкой Роана, и до самой ночи пытался убедить сына не повторять его собственной ошибки.
Никакие доводы тут, понятное дело, не принимались, и неудивительно. Отец вообразил, что Криан под давлением Верье согласился прикрыть последствия отношений девушки со своим мятежным братом. И вознамерился завтра потребовать всесторонней проверки девушки.
Подобное требование в данной ситуации было не просто ненужным. Оно было крайне нежелательным, поскольку такие вещи имели обыкновение всякий раз становиться известными широкой общественности, а значит, дойдут они и до Ровари. Который мигом сообразит, куда дует ветер, и расстроит свадьбу. А потом примет и все остальные меры по недопущению избрания Криана Вэллейна Великим Магистром. Подумать только, столько всего сделать ради этого, и оказаться в дураках из-за излишней мнительности родного отца! А уж то, что сделал брат…
Криан, не поднимая головы, треснул кулаком по спинке кровати, чтобы хоть немного сорвать охватившую его злость. Сразу вслед за его глухим, одиноким ударом раздался тихий стук в дверь.
Отлепившись от подушки, мужчина все же открыл неожиданному визитеру, и поперхнулся заготовленной для отца пламенной речью. На пороге стояла Тэйнен.
Они едва не столкнулись, и это заставило девушку чуть отпрянуть. Отводя глаза, Тэй увидела свежие ссадины на костяшках пальцев Криана.
— Ты думал о Роане? — почему-то спросила она.
— Мне трудно поверить, что мой брат мог так поступить, — ответил Криан, тупо глядя в пол.
— Мне тоже, — мягко сказала Тэйнен.
Они вошли в комнату. Криан опустился на кровать, Тэйнен зачем-то села рядом с ним, и обняла его за плечи. Маг тоже обнял ее одной рукой и тяжело вздохнул.
— Ты любила его.
— Наверное, не так уж, — печально призналась девушка. — Просто он был первым мужчиной, который с самого начала не пытался заполучить меня силой, и первым, кто признался мне в любви. Это очаровало меня. К тому же, он стал мне самым близким другом. Но едва ли я испытывала к нему подлинную любовь.
— Если бы он погиб, — жестко выплюнул Криан, — Мне бы не было так больно.
Тэйнен закрыла глаза и ощупью потянулась к губам мужчины. Она понятия не имела, почему и зачем делает это вот так, сходу, ничего не объясняя, но именно это было тем, чего ей сейчас хотелось больше всего.
Они целовались долго, сначала трепетно и осторожно, пробуя друг друга на вкус, а под конец — порывисто и страстно, почти кусаясь. В объятия друг друга их толкнула не страсть и тем более не любовь, а всего лишь накопившееся нервное напряжение, боль, растерянность, страх перед собственным будущим и перед будущим всего их мира.