Те несколько минут, что Иерарху удалось провести в нижнем мире благодаря крови той то ли охотницы, то ли магички, оставили после себя тягостные воспоминания. Несмотря на все старания, он так и не научился толком разбираться в травах. На рисунках в книгах и в мрачной реальности другого мира все выглядело совершенно по-разному. К тому же, самолично гулять по местам, кишмя кишащим нежитью, определенно было не самой лучшей идеей.
Он уже добился главного — выяснил, каким образом должен происходить ритуал Изменения, в проведении которого на помощь магов рассчитывать не приходилось. А инициацию следовало оставить тем, кто получше него разбирается в травах, и способен расправиться с излишне любопытной нежитью.
— Помнишь, о чем я тебе рассказывал? — наставительно проговорил Иерарх, глядя на застывшего в ожидании Первосвященника. — Первая вспышка яркого света будет, когда вернется маг с цветками травы памяти. А вторая — в самом конце. Она-то и будет для вас сигналом к действию.
Вемар кивнул, и опустил серебряный ключик в карман своей мантии. Металл тихо звякнул о металл, а Первосвященник впервые подумал, что маг, возможно, сильно недооценивает ум, проницательность и хитрость Иерарха. Вот и ларец покойного архимагистра Ровари ему удалось открыть, да, вдобавок, еще выяснить, что за таинственные камни в нем хранятся.
Определенно, им следовало отныне быть вдвойне бдительными и осторожными.
Они не успели еще ни отдышаться, ни толком поверить в то, что им все удалось, и что порядок в их мире теперь должен начать понемногу восстанавливаться, как в наступившей тишине раздался противный металлический скрежет.
Одна из стенных панелей отъехала в сторону, и из открывшегося проема в зал посыпались вооруженные до зубов храмовники. В первое мгновение показалось, что вся охрана, сколько ее было в замке, сейчас соберется вокруг магов.
Салиру схватили первой. Девушка попыталась успеть добежать до Кристалла, но здоровенный храмовник преградил ей дорогу, сбил с ног и навалился сверху. Ей удалось то ли лягнуть его, то ли укусить, заставив охнуть и злобно выругаться, но на этом сопротивление иссякло.
Роан так и не успел толком придти в себя и подняться на ноги. Тэйнен попробовала было воспользоваться единственным известным ей боевым заклинанием, но, к ее большому удивлению, сорвавшаяся с ладони вспышка огня не причинила храмовнику ни малейшего вреда, погаснув еще на подлете.
— У них амулеты! — крикнул прижавшийся спиной к колонне Криан. — Бей еще, долго защита не продержится!
Но последовать его совету Тэйнен не успела. Более того, попытавшись использовать магию, она потеряла драгоценное время, и не успела даже выхватить из голенища сапога прихваченный с постоялого двора нож. Четыре храмовника добежали до них, навалились толпой, и, с поразительной ловкостью орудуя веревками, связали обоих.
Криан и Рузия добились не намного большего успеха. Маг, растративший много сил еще по пути к Кристаллу, успел разделаться лишь с одним противником. Рузия, не ставшая занимать оборотнительную позицию у колонны, и выбравшая путь бегства, успела добежать до Лиада, выхватившего меч.
Девушка торопливо принялась снимать заклятия, удерживавшие двери запертыми, пока храмовник сражался со своими бывшими товарищами. И почти успела, створки дрогнули и начали медленно открываться. Слишком медленно.
Пятерых храмовников Лиаду сдерживать еще удавалось, но шестой коварно прокрался вдоль стены ему за спину, и умело воспользовался рукоятью меча. Рузия слишком поздно заметила случившееся, швырнула в хитреца молнию, потом еще одну… И, увлекшись, повторила ошибку Лиада. Среди храмовников сыскался еще один любитель хитро подкрадываться сзади.
Только когда все незваные гости замка были надежно связаны, из потайного прохода появились еще двое храмовников. И в одном из них, в том, что был постарше, Тэйнен с ужасом узнала того самого Иерарха, который не вполне успешно распробовал ее кровь.
Иерарх тем временем тоже успел рассмотреть пленников, и удовлетворенно улыбнулся.
— А ваша глупость превзошла мои ожидания, — сообщил он. — Я надеялся, что вы, по крайней мере, обеспечите себе отряд поддержки на всякий непредвиденный случай. Но вы, оказывается, выбрались лишь чудом. Точнее, предательством.
Иерарх остановился перед Лиадом и внимательно всмотрелся в лицо теперь уже определенно бывшего храмовника. Тот ответил ему вызывающим взглядом. Более существенного ответа дать все равно бы не удалось по причине веревок на руках и ногах и кляпа во рту.