От этих слов все воодушевление Бритого Ли как рукой сняло. Только когда все работницы прошли мимо и смолк их злорадный смех, он пришел в себя. Ли хотел было броситься вдогонку, но тут Сун Ган крепко схватил его сзади и сказал, что не надо. Только тогда Ли сердито остановился и с любовью посмотрел вслед удаляющейся Линь Хун.
Потом братья пошли домой. Бритый Ли вовсе не чувствовал себя побежденным, а по-прежнему вышагивал, надувшись, как индюк. Сун Ган же наоборот, как потерпевший любовную неудачу, свесив голову, брел рядом.
— Мне кажется, Линь Хун на тебя не запала, — удрученно сказал он.
— Ерунда, — самоуверенно произнес Ли и добавил: — Не может такого быть.
Сун Ган покачал головой:
— Если б она на тебя запала, то она бы так не ругалась.
— Да что б ты понимал! — взялся поучать брата Бритый Ли. — Женщины так и ведут себя: чем больше она тебя любит, тем сильнее делает вид, что ты ей противен. Когда ей захочется заполучить тебя, она станет прикидываться, что ты ей не нужен.
Сун Ган решил, что это похоже на правду. Он удивленно посмотрел на Бритого Ли:
— Откуда ты это все знаешь?
— Опыт, все опыт, — самодовольно отвечал Ли. — Ты подумай, я ведь часто бываю на собраниях с директорами заводов, они там все доки, умники. Они все так говорят.
Сун Ган восхищенно закивал и сказал, что раз Ли водится с другими людьми, то и кругозор у него совсем другой. Тут Ли вскрикнул:
— О! Есть такая поговорка, как раз про это. — Колотя себя по лбу, он расстроено бормотал: — Твою мать, что ж я все никак вспомнить не могу?
Всю дорогу Ли пытался вспомнить поговорку. Он матюгался семь раз, но на ум так ничего и не пришло. Сун Ган тоже ломал над этим голову, но все зря. Войдя в дом, он тут же побежал искать словарик, которым пользовался в школе. Усевшись на кровать, Сун Ган долго-долго листал его.
— А не «чтоб схватить, нужно сперва отпустить»? — выбрал он одну на пробу.
— Точно! — радостно завопил Ли. — Именно это я и хотел сказать.
В тот вечер Бритый Ли с братом работали в поте лица всю ночь, обсуждая, как же избавиться от этого «чтоб схватить, нужно сперва отпустить». Когда дошло до стратегии, Сун Ган показал себя во всей красе. Когда-то он прочел половину растрепанной книжки «Искусство войны»*. Теперь же Сун Ган, закрыв глаза, попытался вспомнить прочитанное, а раскрыв глаза, проанализировать сведения о противнике. Потом, отдав должное замыслу Линь Хун, он сказал:
— Эта ее стратегия — классная штука. Если выступить, можно атаковать, а если отступить, можно защищаться.
Затем Сун Ган вновь ушел с головой в словарь. Когда он выудил оттуда еще пять выражений, то радостно вытянул вперед пять пальцев и сказал:
— Нужно использовать пять тактических приемов. Тогда можно победить.
— Какие же? — весело спросил Ли.
Сун Ган загнул один за другим пять пальцев:
— Обходиться без обиняков; не ходить вокруг да около; подтянуть подкрепление; действовать в глубоком тылу; ну и, наконец, терпенье и труд все перетрут.
Сун Ган объяснил брату, что два первых приема они уже использовали. Когда за день до того мальчишки были отправлены добиваться любви Линь Хун — это и означало «обойтись без обиняков». Когда сам Ли вступил в бой — он перестал ходить вокруг да около. Так почему же третий прием называется «подтянуть подкрепление»? Потому что не стоит больше ходить одному. Ли должен призвать на помощь всех своих подчиненных, чтобы Линь Хун оценила внушительность его артели. Четвертый прием, по словам Сун Гана, был крайне важен, от него зависела победа.
Сверкая глазами, Ли спросил его:
— Как же нужно действовать в глубоком тылу?
— Прийти к ней домой, — отвечал Сун Ган. — Действовать в глубоком тылу значит действовать в ее семье, убедить ее родителей. Это называется «брать быка за рога».
Ли закивал.
— А «терпенье и труд все перетрут»? — спросил он.
— Каждый день преследовать ее, прилагать все силы, пока она сама не попросится замуж, — ответил Сун Ган.
Бритый Ли хлопнул что было силы по столу и прокричал:
— Сун Ган, ты и правда достоин быть моим стратегом!
Затем Ли перешел к немедленному исполнению — на следующий день он подтянул подкрепление. В компании своих верноподданных инвалидов Ли зашагал по улицам Лючжэни: народ аж охрип от хохота и животы себе растянул. Бритый Ли боялся, что хромые будут тащиться слишком медленно и отстанут, поэтому велел им идти первыми. В результате получилось, что колонна все время встречала на своем пути препятствия и шла в полном беспорядке. Один инвалид хромал на левую ногу, другой — на правую. Получалось так, что один дохрамывал до левой стороны улицы, а другой оказывался на правой. От этого трое идиотов приходили в полное замешательство: они клонились влево, потом бежали назад и вправо. Держась за руки, идиоты общими усилиями шатались из стороны в сторону, сбивая то и дело четверых слепцов, стучавших палками по мостовой. Слепцы падали и снова поднимались. В итоге один из них продолжал идти вперед, двое шли назад, а еще одному путь преградил придорожный платан. Тыча в него палкой, слепой кричал: