Тогда на улицу вышла мать и, подойдя вплотную к переживавшему Сун Гану, тихо прошептала:
— Ты бы пошел домой, а через пару деньков наведался.
Сун Ган посмотрел на женщину мутным взглядом, не понимая, к чему она клонит. А мать наконец-то сумела разглядеть кровоподтек, который заметила еще прошлой ночью.
— Что у тебя с шеей-то? — озабоченно спросила она.
— Вешался, — ответил беспокойный Сун Ган.
— Вешался? — испугалась мать.
— Вешался на веревке, — кивнул Сун Ган и неловко добавил: — Не вышло.
Мать Линь Хун в растрепанных чувствах вернулась в дом и сказала дочери, что Сун Ган пытался повеситься, но не сумел. Потом мать добавила, что своими глазами видела у него на шее кровоподтек, еще глубже и толще, чем он показался ей ночью. Сказав это, она вздохнула и, подтолкнув Линь Хун, произнесла:
— Выйди к нему, а.
— Не пойду, — сказала Линь Хун. — Пусть валит ко всем чертям.
Едва она произнесла это, как у нее защемило сердце. Линь Хун лежала на кровати и думала с нарастающим беспокойством о Сун Гане, который стоял снаружи, и о шраме на его шее. Ей становилось все тяжелее и все больше хотелось выйти к нему. Она села, посмотрела на родителей, а те тут же тактично юркнули за дверь. Линь Хун с мрачным видом слезла с кровати и пошла в предбанник. Там она стала, как обычно, неторопливо чистить зубы и умываться, а потом села перед зеркалом, как следует причесала свои длинные волосы и заплела из них две косички.
— Пойду куплю завтрак, — встав, сказала она родителям.
Увидев, что Линь Хун вышла на улицу, Сун Ган чуть не расплакался от волнения. Он обхватил себя за плечи, будто его бил озноб, раскрыл рот, но не произнес ни звука. Линь Хун бросила на него взгляд и равнодушно зашагала мимо в закусочную. Мокрый Сун Г'ан побежал за ней следом.
— В восемь вечера я буду ждать тебя под мостом, — наконец-то прохрипел он.
— Я не приду, — тихо ответила Линь Хун.
Она вошла в закусочную, а Сун Ган остался печально ждать снаружи. Купив, что хотела, Линь Хун вышла на улицу и тут заметила кровоподтек на шее Сун Гана. Она вздрогнула. А Сун Ган решил тем временем сменить место свидания и осторожно спросил:
— Может, я буду ждать тебя в рощице?
Поколебавшись секунду, Линь Хун кивнула. Сун Ган чуть не лопнул от счастья — он никак не мог сообразить, что нужно дальше делать, и потащился вслед за Линь Хун обратно к ее дому. Входя вовнутрь, Линь Хун обернулась и тайком сделала ему знак глазами, чтоб он поскорей шел домой. Тут Сун Ган понял, что должен сделать, и усердно закивал. Он дождался, пока Линь Хун скроется в доме, и лишь тогда зашагал прочь.
Тот трудный день он провел, как в тумане, — умудрился заснуть за смену целых тринадцать раз: пять раз прикорнул в уголке цеха, два раза соснул во время обеда, три раза — пока играл с работягами в карты, еще два — прислонясь к станку и один — в уборной, упершись головой в стену. Вечером, сгорая от нетерпения, он пришел в рощицу за кинотеатром. Солнце только село, и Сун Ган воровато разгуливал туда-сюда по дорожке перед деревьями, как заключенный по двору. Пара встретившихся ему знакомых окликнула его по имени и спросила, что он делает, но Сун Ган промямлил в ответ что-то невразумительное. Они поинтересовались, уж не кошелек ли он потерял, и Сун Ган кивнул в ответ. Тогда спросили, в себе ли он, и Сун Ган снова закивал. Прохожие, расхохотавшись, пошли прочь.
В тот вечер Линь Хун опоздала на целый час. Когда Сун Ган увидел, как неспешно приближается по залитой луной дорожке ее прекрасная фигурка, он в волнении бросился навстречу и замахал руками. Невдалеке разгуливал кто-то, и Линь Хун шепнула:
— Не маши руками, идем за мной.
Она пошла к рощице, а Сун Ган потащился за ней следом.
— Иди поодаль, — снова тихо сказала она.
Сун Ган мгновенно остановился. Он не знал, насколько далеко нужно держаться от Линь Хун, и замер как вкопанный. Отойдя немного, Линь Хун заметила, что Сун Ган стоит вдалеке и позвала его:
— Ну же, идем.
Тогда он быстро затопал к рощице и, когда Линь Хун вошла в нее, тоже вступил под деревья. Линь Хун остановилась посреди лесочка и осмотрелась. Она удостоверилась, что вокруг никого нет, и замерла, прислушиваясь к приближающимся шагам Сун Гана. Вдруг шаги прекратились. Было слышно только напряженное дыхание. Линь Хун поняла, что Сун Ган уже стоит у нее за спиной и стала ждать, но Сун Ган не двигался. «Что ж этот козел не встанет передо мной?» — подумала она. Подождав еще какое-то время, Линь Хун сама обернулась к нему лицом. Она увидела, как дрожит под луной Сун Ган, и стала внимательно изучать его шею. На ней виднелся расплывчатый кровоподтек.