— Ну ладно, пусть пока девки отправляются по домам. Когда понадобятся, мы их снова вызовем.
Никто не произнес ни слова, и все продолжали мрачно мерить глазами Кузнеца Туна. Он прекрасно понимал, что мысли их сейчас заняты арендой склада — всем ни капельки не хотелось пускать на это остаток денег. Кузнец помотал головой, а потом кивнул со словами:
— Вот что, давайте пока склад снимать не будем. Если Ли, паче чаяния, вернется с заказами, то снова снять его никогда не будет поздно.
Компаньоны дружно закивали.
— А че с машинками делаем? — спросил Портной.
Кузнец подумал и ответил:
— Поделим между нами по деньгам — кто сколько давал. Каждый свою долю себе заберет.
Тогда Портной поспешил отправить девок по домам, вернуть арендодателю склад и раздать машинки. Тетка Су никаких живых денег не давала, поэтому и машинка ей не досталась. Когда все было кончено, шестеро компаньонов продолжили по-прежнему собираться по вечерам у Кузнеца Туна. Теперь они уже не были похожи на живых людей, а, как шесть привидений, безмолвно и безучастно торчали в лавке, словно то была могила.
Прошел еще месяц, но от Бритого Ли не было никаких вестей. Первой к Кузнецу перестала ходить Тетка Су. За ней последовали Портной, Точильщик и Зубодер. Один только Мороженщик, оторвавший от сердца самую мелкую сумму, беззаветно отдавался ожиданию и по-прежнему каждый вечер появлялся на пороге лавки. Он садился напротив мрачного, как туча, Кузнеца, вздыхал, отирал слезы и жалостливо спрашивал:
— Что ж, наши кровненькие вот так и пропадут?
— А что делать, — бесстрастно отвечал Кузнец. — Снявши голову, по волосам не плачут.
Глава 15
И вот в этот момент крайнего отчаяния, утомленный долгой дорогой Бритый Ли вернулся наконец в Лючжэнь. С его отъезда прошло к тому времени три месяца и одиннадцать дней. В предзакатных сумерках он вышел из ворот автовокзала в той же самой одежде, по-прежнему сжимая в одной руке сумку, а в другой — свернутую в трубочку карту. Ли доковылял до закусочной и уселся за столик. Тетка Су едва его признала. Когда он уезжал, то сверкал бритой головой на все четыре стороны, а теперь был заросший как черт: с бородой и длинными волосами. Ли вдарил со всей дури по столу и прогремел:
— Тетка Су, я вернулся!
Хозяйка закусочной чуть не померла со страху и, тыча пальцем в отросшие патлы, заверещала:
— Ты, ты… да что с тобой стало?
— Уработался я, — мотнув головой, ответил Ли. — Умаялся я в этом Шанхае, даже постричься времени не было.
Тетка Су сложила руки на груди, посмотрела на удивленную дочку и осторожно спросила:
— А дело-то выгорело?
— Подыхаю с голоду, — сказал Ли. — Просто подыхаю, дай, что ли, штук пять пирогов с мясом.
Тетка тут же велела дочке принести пирожков. Бритый Ли мгновенно запихнул один из них в рот и забубнил:
— Ты пойди извести всех, чтоб собирались на складе — заседать будем. Я щас дожую и приду.
Настрой Бритого Ли подсказал Тетке Су, что он наверняка привез гору заказов. Она кивнула, развернулась и выбежала из закусочной. Пробежав метров двадцать, она вспомнила, что склада уже нет и в помине, и понеслась обратно.
— Может, лучше к Кузнецу в лавку? — тревожно спросила она от порога.
Ли был слишком занят пирогом и не мог ничего сказать, а потому кивнул в ответ. Тетка Су побежала в переулок к Кузнецу, словно получив высочайший указ. Добежав до дверей Портного, она завопила:
— Бритый Ли вернулся…
Так она собрала Портного, Точильщика и Зубодера. На вопли выскочил и Кузнец. Все вчетвером они встали перед лавкой Кузнеца и стали слушать, пока Тетка Су, задыхаясь, рассказывала о возвращении Бритого Ли: как тот живой и невредимый вошел в закусочную, как ударил по столу и как заорал. Дослушав сбивчивый рассказ до конца, Кузнец глубоко вздохнул, а потом заулыбался:
— Выгорело, выходит, дело, выгорело.
— Вы подумайте, если б ничего не вышло, разве стал бы он так бесчинствовать? Разве стал бы звать нас на совещание? Уже б давно сбежал куда-нибудь.
Портной, Точилыцик и Зубодер усердно закивали головами и разразились радостной бранью:
— Вот мудак, ублюдок эдакий, паршивец…
Кузнец, улыбаясь, спросил Тетку Су:
— Этот гаденыш небось уже только по-гуандунски балакает, как местный?
Тетка Су подумала как следует и покачала головой: