Сун Ган увидел, что Сестренка Су восседает за кассой, а Чжоу вовсю болтает с посетителями, лопающими пельмени. Он кивнул и улыбнулся Сестренке Су, и та остолбенело уставилась на Сун Гана с его повязкой, а он развернулся к Проходимцу Чжоу и позвал его по имени.
Чжоу растерялся не хуже собственной жены. Потом он узнал Сун Гана и с радостным криком двинулся ему навстречу:
— Это ты, Сун Ган. Ты вернулся?
Подойдя к нему вплотную, Чжоу вспомнил что-то и добавил:
— Я теперь сменил имя. Из Бродяги Чжоу сделался Домосед Чжоу.
Сун Ган вспомнил про вывеску и улыбнулся под повязкой. Увидев младенца, восседавшего на детском стульчике, он спросил:
— Это Су Чжоу?
Проходимец Чжоу вдохновенно махнул рукой и ответил:
— Ее зовут Чжоу Су.
Сестренка Су тоже подошла к ним и, глядя на заходящегося кашлем Сун Гана, озабоченно спросила:
— Ты только вернулся? Ужинал уже?
Чжоу тут же с хозяйским видом закричал официантке:
— Тащи сюда меню.
Девушка принесла меню, и Чжоу сделал ей знак, чтоб она подала его Сун Гану.
— Выбирай что хочешь, Сун Ган. Бесплатно, — пропел он.
Сун Ган, кашляя, отмахнулся:
— Не, у вас ужинать не буду. Вот Линь Хун домой придет, вместе и поедим.
— Линь Хун? — на физиономии у Чжоу появилось чудное выражение. — Не жди ее. Она с Бритым Ли укатила в Шанхай.
Сун Ган застыл, как громом пораженный. Сестренка Су взволнованно оборвала Чжоу:
— Не неси что попало.
— Да кто несет что попало? — упорно стоял на своем Чжоу. — Куча народу своими глазами видела.
Заметив, что жена старательно делает ему знаки глазами, Чжоу остановился, озабоченно смерил взглядом грудь Сун Гана и с загадочной улыбкой прошептал:
— Вытащил?
Сун Ган растерянно кивнул. Слова Чжоу доносились до него, как в тумане. Тогда Чжоу усадил его на стул, а сам, закинув ногу на ногу, гордо объявил:
— Когда я оставил тебе бизнес с БАДами, то заинтересовался ресторанным хозяйством. Собираюсь в ближайшее время открыть в Лючжэни еще две закусочных с таким же названием, а за три года — сто штук сетевых заведений по всей стране…
— Так даже в Лючжэни еще не открыл, — перебила его жена.
Чжоу бросил на нее косой взгляд и сделал вид, что ничего не слышал.
— Знаешь, кто мой конкурент? Не Бритый Ли, нет. Он мелюзга. «Макдоналдс» — вот кто конкурент. Хочу, чтоб мои заведения разбили их наголову по всей стране и чтоб рыночная стоимость их акций упала на пятьдесят процентов.
— Такое мне прям слушать стыдно, — встряла Сестренка Су.
Чжоу снова скосил на нее глаза, а потом опустил голову и посмотрел на часы.
— Ну, Сун Ган, потом поговорим. Мне уже домой пора, сериал начинается, — поспешно вскочил на ноги Чжоу.
Когда Чжоу ушел, Сун Ган тоже покинул закусочную и вернулся в свою пустую квартиру. Он зажег свет во всех комнатах и, сдернув повязку, пошел в спальню. Постояв там какое-то время, Сун Ган переместился в кухню, потом в ванную, а потом остановился посреди гостиной и страшно закашлялся. Под ложечкой защемило так, словно швы вот-вот должны были разойтись. От боли у него потекли слезы. Согнувшись пополам и свесив голову, Сун Ган опустился на стул и обхватил себя обеими руками. Когда кашель потихоньку сошел на нет и боль начала медленно отступать, он вскинул голову и обнаружил, что все поплыло перед глазами. Он отупело сморгнул, но все отчего-то осталось как было. Потом он понял, что это очки замутились от слез. Сун Ган сдернул их с лица и принялся протирать рукавом. Когда он вновь водрузил их на нос, все прояснилось.
Сун Ган надел повязку и снова вышел за порог. Ему все еще мечталось, как издалека появится Линь Хун, и его глаза сверлили текущий мимо людской поток. Фонари и огни вывесок заливали улицы поселка причудливым светом. Тут на горизонте показался Стихоплет Чжао. Подойдя вплотную, он смерил взглядом Сунганову марлевую повязку и, отступив на шаг, взвизгнул:
— Сун Ган!
Сун Ган тихо отозвался. Его блуждающий взгляд остановился на Стихоплете, и он медленно начал узнавать его. Чжао рассмеялся:
— Даже на морду твою смотреть не надо. На повязку посмотришь — и ясно, что ты Сун Ган.
Сун Ган кивнул и пару раз кашлянул, от чего его руки сами собой обхватили бока. Чжао смерил его сочувственным взглядом и спросил: