Жаль, что я это поняла не сразу…
Глава 19.
Картинки меняются одна за другой. Мы едем на скоростном поезде все вчетвером в одном купе. Всего было три остановки, значит, мы проехали три города. Виды становятся всё зеленее за окном. Джеймс держит меня за руку и отвечает на какие-то сообщения. Видимо, очень деловые…
Я не сержусь, просто мне как-то не по себе от такого поведения мужа. Я не про детей не могу зарекаться, ни одного намёка, а тут ещё и «приказывает».
Слышу, как поезд начинает неспешное торможение.
- Наша станция, - говорит отец Джеймса сыну.
За окном много зелени. Мне кажется, что я была в этом городе раньше. Не помню. Именно в нём выходит Джеймс и его отец.
- Пару дней и я буду рядом, - целует он меня на прощание. Затем подходит к матери и целует в щёку, шепнув что-то ей на ухо. Она кивает.
Свёкор целует мою руку, не говоря ни слова.
Нас ждёт столица.
Джеймс вслед за отцом спускается из вагона.
Я машу рукой на прощание из окошка. Два дня…
Нужно просто пережить эти дни. Походить по магазинам. Купить подарки маме и Рози (она меня не простит, если не куплю). Её сыну, Джону. И папе, что-нибудь посмотреть.
Я ложусь на кушетку, подкладываю подушки под спину и смотрю в окно.
Чем ближе к столице, тем за окном всё краше и краше. Или мне только кажется.
Скоро я увижу огни яркого города.
- Дорогая, пора собираться, - просит мама Джеймса.
Я киваю. До жути не хочется вставать и куда-то идти, кому-то улыбаться. Да и зачем?
Беру свои вещи и кидаю в сумку.
Поправляю ремень на штанах, а поверх блузки надеваю кофту. Засовываю ноги в туфли и вешаю сумку на плечо. Вот и готова. Хотя… Внимательно смотрюсь в зеркало. Распускаю кончик косы и выправляю чёлку. Хоть и темно, но я должна немного соответствовать статусу жены Джеймса Андерсона. Мама Джеймса уже наверняка позаботилась о том, что нас будут встречать стилисты. Так что особо стараться не нужно.
Лёгкий толчок. Поезд остановился.
Выхожу из своего купе. За окном репортёры. Они встречают не нас. Естественно, не нас. В поезде едет кто-то важный. Здесь так всегда. В таких поездах ездят богачи.
Надеюсь, нам удастся выйти спокойно.
Мама берёт меня за руку.
- Надо пройти быстрее, а то задержимся, - недовольно говорит она и смотрит на всю суету за окном.
- Тогда вперёд! – улыбаюсь я.
Иду первая. Мама за мной.
Нас толкают люди, но я иду вперёд. Нужно пробираться.
Мы спускаемся по неудобным лестницам поезда, сами начинаем толкаться. Фотографы без разбора начинают щёлкать вспышками. Я прикрываю лицо рукой и прохожу мимо. Мама Джеймса сразу за мной.
Нас встречают две машины. Для нас и для нашего багажа. Я забираюсь в первую и продвигаюсь ближе к окну.
Лбом прислоняюсь к стеклу.
Мама что-то говорит водителю, куда ехать. Она не изменяет себе. Мы всегда останавливаемся в одном из дорогих отелей столицы. В нём нас уже все знают. Так спокойнее.
Мы проезжаем мимо центральной площади и президентского дома. Рядом с ним есть уютная аллея. Я люблю там гулять. В этот раз тоже нужно будет сходить.
У меня целых два дня без Джеймса. Заняться всё равно нечем. Хотя, можно сходить в благотворительный дом, в котором я частый гость. Там будут мне рады. Так и сделаю.
Когда мы доезжаем до отеля, столица становиться похожа на разноцветную гирлянду. Всё блестит и мигает. В первый день всегда устают глаза. Потом привыкаю.
Сейчас я хочу лечь спать. Больше ничего.
- Шампанское, леди? – предлагает мне мужчина в зале ожидания отеля.
- Спасибо, - говорю я и беру один из бокалов.
Мама подтверждает наш приезд.
Наши чемоданы складывают в лифт обслуга. Бедняги. Столько чемоданов им тащить…
Я делаю глоток и ставлю бокал обратно на поднос.
Двери лифта с багажом закрываются, и я жду второй лифт.
- Твои конфеты, - протягивает мама мне шоколадки.
- Спасибо, - принимаю подарок.
Она знает, как я люблю их, и всегда просит у управляющего. У них особенный вкус. Я разворачиваю сразу одну и кусаю половину. Можно сказать, что я люблю столицу именно за эти конфеты.