Звуки, боль, яркий свет. Пробуждение оказалось не менее мучительным. Глаза заплыли, тяжёлые свинцовые веки не хотели открываться. Тошнота, всё плывёт. Где я? Уже умер? Почему всё ещё больно? Что происходит? Надо мной кто-то навис.
— Эй, ты очнулся? — спросил грубый голос.
— Лучше сразу убей меня — еле прохрипел я.
— Не, я руки марать не буду — до меня не сразу дошло, что мы говорим на английском.
Я наконец разглядел его. Это был один из заключённых. Я всё ещё в тюрьме и я живой. Попытка осмотреться вокруг с треском провалилась. Как только я повернул голову, всё тело отреагировало мучительной болью.
— Ты бы полегче крутился. Тебя всё-таки с того света спасли.
— Я в мед пункте? — голос всё ещё не слушался меня, он хрипел.
— Да.
— Как долго я здесь? — закрыв глаза, шёпотом спросил я.
— Двое суток. — Он замолчал, мне даже показалось, что он ушёл. — Слушай, ты вроде тоже иностранец, я за тобой уже давно наблюдаю. Всё ставил ставки, как скоро ты здесь окажешься — нарушил он молчание.
— Наблюдал, но не помог?
— Репутация превыше всего. Мне через два месяца на свободу. Не хочу лишних проблем. Мне нужно провести эти два месяца как можно спокойнее.
Минут 5 я переваривал слова, сказанные им. До моего воспалённого сознания, наконец, дошёл смысл его слов. Ему скоро на свободу. Я ухватился за эту мысль, как за спасательный круг. В голове начал выстраиваться план. У меня снова может появиться надежда.
— Ты можешь мне помочь? Можешь помочь связаться с посольством, нанять адвоката, связаться с семьёй? Хоть что-то, пожалуйста!
— Эй, эй, стоп. Не наглей. Давай ты сначала мне расскажешь, кто ты, откуда ты и как ты сюда попал. А там посмотрим.
Я, превозмогая боль начал рассказывать. Многое я упустил. Например, я сказал лишь, что защищался и нечаянно, в попытке защититься, убил турка, который первый на меня напал. Рассказал, как дал взятку, а меня обманули. Про Джеймса я умолчал, ни слова про него. Ему уже ничем не поможешь, а мне нужно выбраться отсюда. Этот заключённый в свою очередь рассказал историю о себе. Меня это абсолютно не интересовало. Мне нужно было, чтобы он мне помог. Остальное неважно.
— Мне тебя, конечно, жаль, но обещать я тебе ничего не могу. — Начал он. — Через месяц я встречаюсь со своим адвокатом. Могу попробовать передать информацию ему. Если всё срастётся, то может даже получится встречу вам устроить. А там дальше сами будете с ним решать.
— Только через месяц? — раздосадовано спросил я.
— В этом месяце я уже с ним встречался. Следующий визит только через месяц. Ты главное продержись это время.
Легче сказать, чем сделать. Один раз меня уже избили до полусмерти. Выдержу ли я второй раз? Не будет ли он роковым? Как мне продержаться целый месяц? Я должен выжить, должен. Я обещал Дженни вернуться. Мне нужно вернуться. Сейчас, когда у меня снова появился лучик, пусть даже и крохотный, надежды, мне необходимо приложить все усилия, чтобы протянуть целый месяц. Если я не вернусь домой, я сойду с ума. Или меня просто убьют здесь.
========== Глава 5 ==========
POV Том
Как только ноги привели меня до пункта назначения, сердце взволнованно забилось в груди. Я должен покончить с прошлым. Но теперь, когда от него меня отделяет всего одна дверь, весь запал решимости куда-то пропал. Голову словно тёмные мрачные тени, заполонили сомнения. Что если я сделаю только хуже? Может лучше не бередить старые раны? Нет. Хватит. Это нужно сделать. Сейчас или никогда.
Я занёс руку, сжатую в кулак перед дверью. Пару секунд колебался, но затем выдохнул, готовясь как перед прыжком, и постучал. Открывать мне не спешили. Может, попросту никого нет дома? Или мне дали неверный адрес? Это повод для радости или огорчения? Однако порассуждать над этим мне не дали. Дверь неожиданно приоткрыли, и сквозь маленькую щелку просунулась светловолосая голова с испуганными глазами.
— Что вам нужно? — голос такой же испуганный.
— Я хочу просто поговорить.
— Поговорить или добить меня? — девушка уже была готова захлопнуть дверь.
— Послушай, я всего лишь хочу извиниться. Я должен был сделать это уже давно. И сегодня, наконец, решился на это. Просто выслушай мои извинения.
Дверь всё-таки захлопнулась. Кажется, поставить точку сегодня не удастся. Неужели прошлое будет преследовать меня? Ответом послужила открывшаяся дверь и приглашение войти внутрь. Признаться, я был немало удивлён. Но тут же взял себя в руки и воспользовался выпавшим мне шансом. В доме было очень чисто и уютно. Домик хоть и небольшой, но красивый и светлый. Настоящая домашняя, тёплая обстановка. Мы прошли в гостиную и сели на диван. Чувствовалось сильное напряжение и неловкость. Было ощущение, будто меня поместили в узкое помещение, стены которого с каждым вздохом сужались и давили. Ещё чуть-чуть и они раздавят меня. Сейчас я должен наконец-то отпустить прошлое. Именно поэтому я пришёл к девушке, которую сбил 5 лет назад. Её звали Кэтрин и мне нужно извиниться перед ней. Как это сделать? Я готовил целую речь, но столкнувшись с Кэтрин лицом к лицу, слова испарились.
— Кэтрин, мне искренне жаль, что я поступил тогда, как подонок. Знаю, что все мои слова ничто по сравнению с тем, что я натворил. Но я, правда, хочу извиниться перед тобой. Прости меня. Если бы можно было вернуться назад, я бы исправил эту чудовищную ошибку.
Слова закончились. Кэтрин сидела не шелохнувшись. Она молчала. Тишина, неуютная, сковывающая, окутывала комнату тонкой пеленой. Что я ждал от Кэтрин? Ну, хотя бы каких-то слов. Хоть чего-то. Почему она до сих пор не прогнала меня? Почему молчит? Мне встать и уйти?
— Первые несколько месяцев после аварии — тихий вздох, а затем она продолжила — я жила словно в кошмаре. Я не могла спать, ужасная боль попросту не давала мне заснуть. Я заново училась ходить. Ты знаешь, сколько раз мне ломали кости из-за того, что они неправильно срослись? Ты меня чуть не убил — Кэтрин замолчала.
Я сглотнул ком, что подкатил к горлу. Раньше мне и в голову не приходило, через что я заставил пройти эту бедную девушку.
— Но сейчас, когда уже всё в прошлом, твой поступок, — Кэтрин снова заговорила после паузы – то, что ты здесь и просишь прощения, говорит о том, что возможно, ты и правда изменился. Это говорит, что ты проявил смелость, придя сюда и смирение. Думаю, нам обоим это было нужно.
Кэтрин неожиданно протянула мне руку в качестве мирного рукопожатия. На моём лице появилась лёгкая полуулыбка. Прошлое медленно растворялось. Я почувствовал такое облегчение. Как будто в одно мгновение скинул сотни тяжёлых мешков, что нещадно давили и прижимали к земле. Потрясающее чувство свободы. Можно выдохнуть с чистой совестью. Атмосфера разрядилась, сковывающие цепи, словно упали, позволяя вести себя чуть расслабленно. Мы с Кэтрин ещё долго болтали. Она оказалась очень разносторонней личностью, очень приятным человеком. Друзьями нам с ней, увы, не стать. Но вот хорошими знакомыми вполне.
Помня, что меня ждут к ужину, я попрощался с Кэтрин и направился в сторону дома. Настроение было приподнятым, на лице против воли появилась улыбка. Никогда бы не подумал, что искупление вины вызовет столько радости и счастья. Мысли постоянно возвращались к моменту рукопожатия. Вот он момент прощения. Я ведь могу гордиться собой?
Войдя в дом, нос тут же уловил очень вкусные, ароматные запахи ужина. Из кухни доносились голоса и звон посуды. Навстречу мне выбежали дети.
— Дядя Том, мы уже накрыли на стол — улыбаясь, сказала Эмма.
— Ну, тогда пойдёмте ужинать.
Племянники взяли меня за руки, и повели на кухню. Там уже находилась Дженни. Глядя на нас она улыбалась. Это была всё та же искренняя, настоящая и счастливая улыбка, как пару часов назад на катке. Я тоже улыбался. А разве можно по-другому? Когда ты счастлив, то просто излучаешь это чувство, не в силах его скрывать. Да и почему это нужно скрывать? В этом нет ничего постыдного. Пусть все знают, что ты счастлив.
Ужин был очень уютным и домашним. Обстановка по-настоящему семейной. Мы смеялись, разговаривали, шутили. Мы были почти семьёй. Я, наверное, почувствовал себя на месте Билла. Это хорошо или плохо? Ответ неважен. Главное, что все были счастливы.