— Отлично. Ты живёшь дальше, Вики. И новые знакомства привносят в нашу жизнь новые впечатления. И не важно, хорошие они или плохие. Расскажи мне о нём, — мягко улыбаясь, попросила миссис Мартинес.
— Его зовут Питер. Иногда мне кажется, что я как будто всю жизнь его знаю, но бывают моменты, когда приходит осознание, что я и вовсе его не знаю. Между нами вспыхнула страсть, но дальше этой черты мы не заходили. И я поверила ему. Доверилась. И выяснилось, что он совсем не тот, за кого себя выдавал, — на выдохе проговорила я.
«А ещё, миссис Мартинес, он является Дьяволом.» — ехидно подметило моё подсознание, но я не стала озвучивать это вслух.
— Ты разорвала с ним все отношения? — уточнила женщина, заглядывая мне в глаза.
— Нет, но я запретила ему ко мне приближаться, — нервно ухмыльнулась я, рассматривая неровности на стене.
— Этот мужчина и послужил причиной твоих панических атак. Ты испугалась его. Неосознанно, но испугалась. Боялась подпустить ближе, но всё же делала это. После начала приёма лекарств тебе будет казаться, что ты потеряна, и ощущаться непонятная лёгкость. Но так будет только первое время, а затем всё наладится, — губы доктора дрогнули в улыбке, и я выдавила улыбку в ответ.
— Спасибо вам, я пожалуй пойду, — я поднялась на ноги и уже заученно схватилась за рецептурный бланк.
— Приходи в следующий вторник, Виктория, — она кивнула мне на прощанье, и я вновь окунулась в окружающий меня город с головой.
«Жизнь продолжается. К чёрту этого Люцифера!» — твёрдо мыслила я, направляясь обратно в офис.
XVII.
«Гнев».
Стадия гнева всегда проходит по-разному, однако, есть точки соприкосновения. Если обращаться к психологии, то эта стадия наступает сразу после «отрицания», поскольку человек начинает понимать, что проблема есть, она реальна и является довольно серьезной. Данный отрезок принятия проблемы один из самых тяжелых.
Человек по своей природе склонен к проявлению излишней эмоциональности, но, в момент прохождения великих пяти ступеней, те самые подавленные чувства выходят наружу. И вот тогда, гнев и потерянность, которые ты подавляешь долгое время, начинают управлять тобой, словно марионеткой.
***
Весь последующий день я провела с мыслями о том, что ничего не произошло, и нужно просто жить дальше. Но на второе утро уверенность в этом испарилась. Как можно жить дальше, когда тобой нагло воспользовались и лгали прямо в глаза?!
Я проснулась от звонка в дверь. Сначала решила, что кто-то просто ошибся этажом или номером квартиры, но звон, а затем и стук, повторились. Лениво и недовольно шагая по коридору, я представляла, как сжигаю нарушителя покоя заживо. Однако, передо мной стоял обычный курьер с небольшой коробкой в руках.
— Виктория Уокер? — уточнил парень, заглядывая в лист с информацией о получателе.
— Да, это я. Но ничего не заказывала, — я нахмурилась, не понимая происходящего.
— Луи Паркинсон заказала доставку посылки на ваш адрес. Распишитесь, пожалуйста, — курьер протянул мне пластмассовый планшет с прикреплённым бланком и галочкой, где надо поставить подпись.
Услышав знакомое имя, я выдохнула и незамедлительно оставила небольшую закорючку, пройдясь шариковой ручкой по хрупкой бумаге. Коробка с посылкой тут же попала ко мне в руки, и, попрощавшись, я захлопнула дверь ногой.
Поставив посылку на диван, быстро распечатала её. Внутри оказались вещи, которые мы купили на недавнем шопинге вместе с Луи и Мими. Я вытащила первое платье, которое меня буквально заставили померить и купить. Улыбка медленно спала, когда перед глазами встала пелена последующих воспоминаний. Питер, его квартира, видение и его красные глаза.
Я отбросила платье в сторону и гневно вытряхнула оставшееся содержимое из коробки, откидывая её в другую часть гостиной. Шаг за шагом измеряла комнату и массировала виски от накрывшей меня с головой ярости. В мыслях витали обрывки воспоминаний. Казалось бы, Люцифер мне ничего не обещал, но от чего же мне хочется испепелить его?!
Запустив руку в волосы, я прикрыла глаза и тут же, как наяву, увидела наш поцелуй. Эти мягкие губы, которые касались моих, грубоватые мужские руки на талии, обжигающе-страстный взгляд.
«Ненавижу!» — прокричало моё подсознание.
И оно было чертовски право. Я ненавижу этого дьявола всей своей душой. Никогда не смогу его простить.
Всё это время мужчина лгал мне. Смотря в глаза, лгал. Он ведь ненавидел меня! Видимо, с самой первой нашей встречи, он не смог умерить свою гордыню и спесь, вот я и встала у него поперёк горла.