Кожа пылала, однако, когда демон коснулся повреждённого участка ладонью, это немного снизило боль. Кончики пальцев слегка коснулись влажных складок, заставив меня вновь тихо застонать, а со стороны послышалась насмешка.
— Тебе больно, но ты продолжаешь течь, как чёртова шлюха, — он хмыкнул, а затем снова раздался шлепок по другой ягодице. — Не надела трусики и пошла развлекаться, зная мою реакцию.
Новый удар. Боль сменялась лихорадочным наслаждением, заставляя меня сильнее изгибаться и словно просить ещё.
— Ах! Люцифер… Прошу тебя… — я вильнула бёдрами, призывая демона.
— О, так ты просишь? — саркастично произнёс мужчина, а затем нанёс ещё несколько шлепков. — Даже оказавшись в том месте, ты не только напилась, так вдобавок и на барную стойку забралась.
Ягодицы горели, а кожу саднило. Он и правда исполнил обещание, и сидеть комфортно я не скоро смогу. Но пугало даже не это. Пугало лишь то, что мне это нравится.
Послышался звон ремня об пол, а сбитое дыхание Люцифера говорило о том, что он и сам на грани.
Вновь обхватив меня за волосы, мужчина грубо потянул меня на себя, заставляя приподняться и развернуть голову в сторону, а затем впился в мои губы грубым, животным поцелуем. Его язык нагло вторгся и слился с моим в одном танце.
Это была страсть, которой я не испытывала прежде. Ничего не существовало вокруг. Только мы. Он кусал мою нижнюю губу, а затем посасывал её. Свободная мужская рука обхватила мою грудь, слегка скручивая сосок.
И если бы он отпустил меня, то я бы рухнула, ведь дрожащие колени совсем не держали. Он плавно перенёс руку с моего затылка на талию, проходясь по каждому сантиметру кожи, а затем развернул полностью к себе.
Горячее дыхание опалило моё лицо, но демон не препятствовал мне, когда я поднялась с постели и встала перед ним на колени. Лишь дьявольская ухмылка отразилась на его губах. Дрожащими пальцами я расстегнула ширинку брюк и сняла их вместе с боксерами, высвобождая налитый кровью член, истекающий собственной смазкой.
Я обхватила его рукой и сделала несколько поступательных движений. Вверх-вниз. Совершенно.
Грубая мужская ладонь легла мне на затылок, подталкивая к действиям. Влажными поцелуями я прошлась по основанию, поднимаясь к головке и обдавая её горячим потоком воздуха. Язык слегка коснулся уздечки, сорвав с губ демона возбуждённое шипение.
Я медленно взяла его в рот и стала посасывать, образуя внутри вакуум и наслаждаясь стонами своего мужчины.
— Ускорься, — хриплый приказ раздался по комнате, и я послушно увеличила темп.
Пальцы сжались на моём затылке, и теперь сам Люцифер управлял происходящим и подавался бёдрами вперёд. Я чувствовала, как с каждым толчком он проходит всё глубже.
Наращиваемый темп делал хриплые стоны всё более громкими. Я видела, как напряжены мышцы пресса демона, и как маленькие капельки пота скатывались по его коже.
Послышалось чертыхание, вперемешку с бархатным стоном, а затем мой рот заполнила горячая жидкость. Обхватив меня пальцами за подбородок, он заставил меня поднять голову и взглянуть на него.
Взгляд был затуманен пеленой похоти и вожделения. Под пристальным взором алых глаз, я проглотила всё до единой капли, и только тогда он удовлетворённо хмыкнул.
— Умница, Уокер, — он усмехнулся и поднял меня с пола, вновь располагая на кровати.
— Папочка доволен? — я хихикнула, когда он навис надо мной.
— Очень, — он прошептал мне это на ухо, а кожа покрылась мурашками от горячего дыхания.
Он вновь накрыл мои губы, властно и требовательно, как умел только сам дьявол. Голова кружилась от всего происходящего.
Я почувствовала, как Люцифер коленом раздвинул мои ноги шире и провёл головкой вдоль влажных складок, распределяя смазку.
— Какая же ты влажная, — он прохрипел это, едва ли не переходя в рык.
Резким толчком он погрузился на всю длину, срывая с моих губ сладкий стон. Я обхватила мужчину ногами, заставляя его входить глубже и быстрее.
— Ах! Прошу тебя… Люци… — я издала новый стон прямо в губы демону, кусая его.
— Ненасытная, — он ухмыльнулся и больно сжал мою грудь, разнося по комнате мой вскрик наслаждения.
Темп с каждым толчком ускорялся всё сильнее. Комнату наполнили до одури пошлые звуки. Шлепки влажных тел, стоны и непристойное хлюпанье слились воедино, заполняя пространство симфонией возбуждения.
Я чувствовала, как узел внизу живота запульсировал и готов был вот-вот лопнуть, взрываясь внутри меня фейерверком. Но стоило мне приблизиться к долгожданному оргазму, как мужчина вышел, упиваясь моим недовольным стоном, полным разочарования.