Затвердевшие соски попали в жаркий плен, истязаемые нежной пыткой. Он обводил ареолы по кругу, всасывал и покусывал. И так из раза в раз, срывая с моих уст мольбы не останавливаться и продолжая мучения.
Горячая ладонь в это время остановилась на животе и заскользила ещё ниже. Кончики пальцев импульсом прошлись по лобку и завершились свой путь на клиторе, с нажимом массируя его и вызывая сотни мурашек по коже.
Всхлипывания вылетали из груди бесконтрольно, становясь всё громче. Я плавилась в руках мужчины, превращаясь в раскалённую лаву и растекаясь по простыне от каждого действия. Обжигающее кожу дыхание заскользило ниже, а мои вспотевшие ладошки в предвкушении сжали влажную ткань постельного белья. Я выгнулась в крестце настолько сильно, насколько это было возможно, ощутив поток воздуха возле чувствительной точки.
Мягкий кончик языка коснулся напряжённого нервного комка, вырисовывая на нём незамысловатые узоры. Громкий стон сорвался с губ и потонул в стенах просторной комнаты, в то время как по шее стекала маленькая капелька пота.
Два пальца без препятствий прошлись по розовым складкам, распределяя соки, и плавно погрузились в приятную влагу. Темп постепенно увеличивался, и теперь голос осел, обретая в сладостных выкриках лёгкую хрипоту и смешиваясь с непристойным хлюпаньем между бёдер.
Люцифер доводил меня до исступления, вырывая из груди самые потаённые желания вместе с пошлыми звуками. Движения приобрели поманивающую форму, едва касаясь тугих стенок лона. Он словно играл внутри меня на арфе, довольствуясь стонами, ласкающими его слух.
Ласки языка становились нестерпимыми, а пульсирующий узел внизу живота кричал о скором взрыве, и что счёт идёт на минуты. Но я хотела оттянуть этот момент, забыться в нём и не отпускать демона от себя как можно дольше. Боязнь, что всё закончится, и мы потеряем друг друга, ворвалась в разум, как удушающий яд, отравляя всё вокруг.
Я извивалась под каждым прикосновением, стараясь не думать о приближающемся оргазме. Но всему хорошему было суждено закончиться, а значит и тут конец неизбежен. Заметив, как я стараюсь замедлить мужчину, он ухмыльнулся и втянул губами клитор, посасывая его и слегка покусывая.
— Ах! Люцифе-е-е-ер! — я громко вскрикнула, произнося и растягивая его имя, одновременно с этим содрогаясь всем телом и сжимаясь вокруг демона.
Он тщательно слизывал все соки, дожидаясь, пока волны блаженства отпустят меня, а затем медленно вытащил из меня пальцы и облизал их, удовлетворённо прикрыв глаза.
— Я… Дай мне пару минут, и я… — я не хотела его отпускать, но и держать подле себя после того, как он сам принял решение, было эгоистично.
Эмоции взяли надо мной вверх, и усталость накатила в тройном размере, будто я и не спала до этого вовсе. Люцифер мягко прилёг рядом со мной и погладил по щеке, затрагивая большим пальцем нижнюю губу.
— Тише, Уокер. Не надо, сегодня всё для тебя, — он усмехнулся и порывисто прижал к себе, оставляя горячий поцелуй на макушке и прерывая тишину шёпотом. — Как бы ни был тернист наш путь, настанет время, и мы встретимся вновь. Ты всегда будешь только моей Непризнанной.
— Обещаешь? — уткнувшись в шею, спросила я, позволяя одинокой слезинке скатиться по щеке и остаться солёным отпечатком на мужской коже.
— Обещаю, — и я верила ему, ведь помнила, что слово сына Сатаны было нерушимо.
Я была измотана, но отчаянно не хотела засыпать и отпускать мужчину из своих объятий. Я сказала ему отправляться туда, откуда он пришёл, но даже и не подозревала, как тяжело будет расставаться. Мысли спутались, и понимание истинных желаний становилось всё прозрачнее. Мы оба облажались, оба разрушили всё, но Люцифер уже принял это решение, заведомо согласившись на мои правила игры. И кто я такая, чтобы препятствовать ему?
— Тебе надо поспать, — мягко, почти убаюкивающе, произнёс он, крепче обнимая.
— Я не могу. Боюсь, что закрою глаза, и ты исчезнешь. Эта неизбежность убивает, — прошептала я и вздохнула.
Он промолчал, но я знала, что сейчас в его голове ведётся борьба с самим собой. Чувствовала нутром, что брюнет впервые не знает как поступить. А поступит ли он правильно? И что для нас будет верным решением вообще?
Грубые пальцы обхватили мой подбородок, заставляя приподнять голову и встретиться с ним взглядом, отрываясь от размеренно вздымающейся груди. В алых глазах играло пламя, а лава растекалась по радужке, добавляя устрашения. Он упрямо сражался с моим голубым небосводом, плавно погружая в сон. Иного выхода не было, я бы эгоистично не отпустила его.